«Сегодня пятница» обычно действует ещё лучше, но увы — сегодня был четверг.
Работа, как обычно, выгнала из головы все лишние мысли. И в этом, конечно, были и плюсы, и минусы.
Вечером, сидя за столом вместе с Кириллом, я дала себе слово больше не думать об Алексее. Хватит. Он же обо мне не думает, так чего я вдруг буду?
И, поднимаясь на работу утром в пятницу, я была уверена, что больше никогда не увижу этого человека.
Но я ошиблась.
— Ну что? «Один дома»? — спросила я у Кирилла, когда мы отъезжали от школьной автостоянки. Сын благосклонно кивнул и с восторгом покосился на пакет чипсов, лежавший у него на коленях.
Примерно раз в две недели я устраивала Киру «день гадостей». Он, правда, называл его «днём гадостей для радости», но это уже детали. В подобный день я разрешала ему купить и съесть то, что никогда бы не разрешила в любой другой день, но только что-то одно. Обычно Кир выбирал чипсы, иногда — мармеладки в виде чьих-то зубов или глаз. Изредка просил порадовать его продукцией Макдональдса. Я тоже обычно покупала себе что-нибудь вредное, но не всегда. Сегодня вот ничего не купила — не хотелось.
— Можно, — ответил Кир на моё предложение о просмотре фильма. — Мам, а дядя Лёша не рассказывал тебе, как он завёл Финча?
— Кто?..
— Дядя Лёша.
Поди же ты… Два часа знакомства — и уже «дядя Лёша». Нет, может, для кого-то это обычное дело, чужого мужика дядей Лёшей называть, но точно не для Кира.
— Он меня попросил так его называть сразу после того как разрешил покрошить в борщ белый хлеб, — невозмутимо продолжил сын.
— Кир!
— Ну а что, мам? — улыбнулся мой маленький нахал. — Он сказал, что иногда можно нарушать правила, иначе для чего они придуманы? Ты же сама так говоришь. Я поэтому и решил, что можно.
Ох уж этот дядя Лёша…
— Ладно, — вздохнула я, признав очевидное — рассуждения Кира логичны, возразить толком нечего. — Но только не увлекайся, пожалуйста, этими нарушениями. Систематическое нарушение правил, сам знаешь…
— … ведёт к нехорошим последствиям, — закончил за меня сын. — Я помню, мам. Хотя мне кажется, иногда это говорит скорее о том, что правила следует смягчить…
— Кир! — я фыркнула, и его улыбка растянулась от уха до уха. — Иногда — может быть. Но не в случае с белым хлебом и борщом. Белый хлеб — это лишнее, а лишнюю деталь…
— Выкинуть не жаль, — кивнул Кирилл. — Но ты не ответила, мам. Рассказывал тебе дядя Лёша, как он завёл Финча?
Я чуть сильнее сжала руки на руле.
— Нет, Кир. Не рассказывал.
— Жаль. Я хотел спросить его об этом, но забыл. Подумал, может, ты…
— Нет, я не спрашивала.
Несколько секунд сын молчал, а потом вдруг неожиданно предложил:
— А давай позовём его в гости, а? Заодно спросим про Финча.
Я неловко кашлянула.
Мне почему-то стало жарко, когда я представила, как буду звонить Алексею, говорить что-то вроде: «Приходите в гости, попьём чай… расскажете нам про Финча», а он — отвечать что-то вроде: «Извините, но мне некогда»…
Какого… я вообще об этом думаю?!
— Нет, Кир, — ответила я как можно мягче, — у дяди Лёши своя жизнь, мы, скорее всего, больше его не увидим.
Я в этот момент сворачивала к нашему дому, выискивая глазами место для парковки, а Кирилл… он вдруг застыл, как-то странно улыбнулся и спросил:
— Ты уверена, мам?
И я уже хотела кивнуть, как вдруг увидела… его.
Из того кухонного разговора с Кириллом Алексей запомнил многое, в том числе одну вещь — пятничные вечера для Анны и её сына неприкосновенны, они проводят их вместе. И поэтому приехал к их подъезду около половины шестого, поставил машину, вышел наружу и застыл, гипнотизируя взглядом дорогу к дому.
Пожалуй, это — самый глупый его поступок за последние десять лет жизни. Если не считать женитьбы на Светлане, конечно.
Может, они поехали куда-нибудь? Может, Кир вообще сегодня не учится, мало ли, что могло случиться? Вдруг они отправились в кино? В гости? Да куда угодно!
У него же есть телефон Анны, можно позвонить и спросить. Но… тогда не будет никакого сюрприза. А ещё по телефону проще отказаться, отшутиться, а он не хотел давать Анне ни малейшей возможности сделать это. Алексей был уверен — позвони он заранее, и женщина непременно откажется.
Так что, когда на дорогу быстро, но аккуратно вырулила тёмная машина отечественного производства, Алексей с облегчением выдохнул. Едут! Он не знал в лицо машину Анны, но почему-то чувствовал, что это она и есть.
И угадал.
Дверца открылась, Анна выпрыгнула из салона и уставилась на него круглыми от удивления глазами.
— Что-то случилось? — выдохнула, а потом, словно спохватившись, добавила: — Здравствуйте, Алексей.
— Добрый вечер, — он кивнул и улыбнулся вылезшему вслед за матерью мальчику. — Привет, Кир.
— Привет, дядь Лёш, — ответил ребёнок весело. Он явно был гораздо больше рад видеть Алексея, нежели Анна.
— Ничего не случилось, — сказал мужчина, глядя ей в глаза. — Оставляйте машину, на сегодняшний вечер я вас похищаю.
Она только рот успела открыть, а он уже продолжал:
— У меня билеты, — достал из кармана эти самые билеты и помахал ими в воздухе. — В театр. На трёх человек. Спектакль «Новогоднее приключение».
