Джейн рванулась к Драко, который очень быстро удалялся в сторону замка. Девушка догнала его на пустынной дороге — было еще слишком рано для возвращения основной массы студентов.
— Драко, постой! — крикнула в отчаянии Джейн.
Парень очень неохотно остановился и очень медленно развернулся к ней. У него были красные глаза — и далеко не от ледяного северного ветра.
— Чего тебе? — грубо спросил он. — Джейн, я сейчас не в состоянии разговаривать, давай вечером, а?
— Нет, Драко Малфой! Мы поговорим либо сейчас, либо уже никогда! — Джейн стояла перед ним с очень решительным видом, правда внутри все сжималось от страха, что его вполне устроит второй вариант. — Мы не разговариваем с тобой уже месяц! Ты ходишь, как призрак, по замку и чем-то занимаешься. Общение у нас как-то не складывается, тебе не кажется?
— Слушай, я не хочу переставать с тобой общаться. Ты мне по-прежнему нравишься, но есть вещи, которые я не могу тебе рассказать, понимаешь? У тебя есть свои тайны, у меня — свои! — он подошел к девушке и взял ее за плечи. — Давай сегодня вечером, часов в восемь, на обычном месте соберемся и поговорим?
— И мы точно поговорим, а не будем просто молча обниматься?
Драко смотрел, как мимо плелись Кэти Белл и ее подружка.
— Ничего не обещаю, а теперь мне правда пора, — бросил он дрожащим голосом, побежав к замку.
Джейн смотрела на быстро удаляющуюся фигуру в черном пальто — и уже не ощущала того доверия, которое вроде бы складывалось весной и летом. Скорее ее держали на расстоянии вытянутой руки, кормя только положенной для нее информацией. От этого становилось тошно. И страшно. Джейн развернулась было обратно в Хогсмид, но заметила Гермиону — совсем навеселе — которую тащили смеющиеся Гарри и Рон.
Решив, что делать в Хогсмиде уже точно нечего, она присоединилась к друзьям. А через пару минут случилось страшное: Кэти Белл с жутким потусторонним криком взмыла высоко в воздух, раскинув руки, будто ее кто-то подвесил за грудную клетку, а потом резко ударилась об землю. Ее глаза были широко распахнуты, зрачки расширились, а тело странно дергалось, словно от ударов электричеством. Рядом лежало старинное ожерелье в темно-зеленом футляре. Подруга Кэти, рыдая, кричала:
— Я говорила ей не трогать его! Я просила ее этого не делать! — слезы катились по щекам, уносимые ветром.
Гарри рванулся в замок за помощью, попросив никого не трогать опасный предмет: серебро и агаты; такое древнее, такое красивое и… проклятое. Джейн физически ощущала ужас, находясь рядом с ним. Бедняжку Кэти доставили в Больничное крыло, так как она дотронулась до ожерелья через варежку, проклятье не убило ее моментально. Профессор МакГонагал и профессор Снегг допрашивали очевидцев в кабинете трансфигурации.
Подруга Кэти рассказала, что та зашла в туалет для девочек с пустыми руками, а вернулась уже со свертком, сказав, что это нужно срочно передать Альбусу Дамблдору. Гарри, Рон и Гермиона честно поведали историю со своей стороны. Джейн же пришлось умолчать о некоторых подозрительных деталях, связанных с Драко. Профессор Снегг, вероятно, прочитал об этом в ее воспоминаниях, так как голова от его взгляда неприятно заболела. Он был глубоко поражен внезапной связью между Малфоем и обычной гриффиндорской девушкой, выразив это лишь легким движение брови.
— Хорошо, мисс Барлоу, если вам больше нечего сказать, вы свободны, — медленно произнес профессор.
Джейн уже развернулась, чтобы уйти, но то, что сказал Гарри, заставило ее остановиться в ужасе:
— Это сделал Драко Малфой!
— Вы понимаете, что это очень серьезное обвинение? У вас есть доказательства?
— Нет, но я точно знаю, что это он!
Джейн вылетела из класса, понимая, что Гарри прав. Это сделал Драко. И никто больше. Девушка ходила до вечера сама не своя, рано уйдя с ужина, чтобы посидеть в тишине «их обычного места» и подумать над тем, как начать этот разговор.
Драко пришел ровно в восемь, немного удивленный тем, что Джейн уже здесь. Он молча поцеловал ее в щеку, но она никак на это не среагировала. Парень сел рядом за парту.
— Кэти Бэлл сегодня чуть не убило проклятое ожерелье, — сразу с главного начала Джейн.
— Да, слышал, — ничего не выражающим тоном ответил Малфой, он смотрел на свои пальцы, которые начинали дрожать. Джейн тоже на них смотрела.
— Как думаешь, кто это сделал? — ее голос переходил на шепот. Сердце забилось в бешеном ритме.
— Понятия не имею, — он посмотрел на нее ледяным взглядом.
Сердце рухнуло куда-то вниз. От настолько очевидной лжи Джейн потеряла дар речи. Драко, прищурившись, смотрел на ее растерянный вид и краснеющие щеки.
— Ты сейчас хотела сказать, что это сделал я? — в его голосе звенела сталь. — По-моему, я уже сотню раз просил тебя ничего не спрашивать, разве это так сложно? Какая разница, кто проклял ее? Почему сразу я? Из-за того, что ты знаешь мою тайну, это не дает тебе право влезать не в свое дело!
Драко в бешенстве отбросил парту и встал. Он ходил по комнате, а Джейн ощущала и стыд, и ужас.
— Я бы никогда не сдала тебя, если бы ты сказал мне правду. Просто устала чувствовать себя беспомощной.
