Директору выпивка была в самый раз. После третьей бутылочки, улетевшей в корзину для мусора, в дверь постучали.
«Быстро приехали», – порадовался Мурашев и открыл дверь. Но вместо службы безопасности Сосновского в номер деловито вошли трое казанских бандитов.
– Шамиль, органиста в номере нет! – С порога сообщил первый, ожидая увидеть в номере главаря.
Он шел расхлябанно и чуть не споткнулся о тело в проходе. Обомлевшие бандиты обступили Шамиля. Ощупали тело, всё поняли и перевели тяжелые взгляды на побледневшего Мурашева.
– Ты, дед-чушпан, нашего Шамиля завалил! – рявкнул старший. В его руке появился нож.
– Что вы! Я не при делах! – отступил Мурашев. – Я директор отеля.
Один из бандитов выдернул острую пику из уха убитого, показал старшему:
– Ринат, глянь.
– Это фигня для орга́на. Да, Талгат?
– Штиммхорн, – подтвердил Талгат.
– Это настройщик Шамиля грохнул! – сделал открытие Ринат.
– Где он? Где настройщик? – все снова посмотрели на директора.
– Знать не знаю! – поклялся Мурашев и для убедительности приложил руку к сердцу. – Зашел, а тут…
– Мы найдем гада. Настройщику конец!
– Ахмет, караулишь здесь. Ночью вывезем тело, – приказал Ринат и ткнул острием штиммхорна в Мурашева: – Ты нам поможешь!
Виктор дернул головой, сглотнув ком в горле. Ринат кивнул подельнику:
– Талгат, за мной!
Двое бандитов ушли, один остался. Открытый мини-бар его не заинтересовал, а вот замысловатую черную сбрую, оставленную Моникой в постели, Ахмет рассматривал с удивленным вожделением. Он приподнял резиновый шарик на застежках и уставился на него.
– Я пойду? Проверю, чтобы никто ничего, – промолвил Мурашев и двинулся к двери.
Пока задумавшийся бандит решал, как поступить, директор отпер дверь. В номер ворвались двое главных охранников Сосновского: начальник службы безопасности Воронин и Алекс Зайцев. Алекс перепрыгнул через труп Шамиля, скрутил Ахмета на кровати и тут же устроил допрос:
– Кто вас послал за настройщиком?
– Ты сдохнешь, падала! – плевался в простыни Ахмет.
– Где остальные?
– Пацаны своих не сдают.
Резкий удар по голове рукоятью пистолета отключил упрямого бандита.
– Сколько было казанцев? – спросил Воронин директора.
– Еще двое, Ринат и Талгат. Они в номер Шумана заходили, не застали. Бросились искать Фоглера.
– Если узнаете, где настройщик, сразу нам.
«Дался всем этот настройщик», – снова удивился директор отеля. И попятился к двери.
– Тогда я пойду?
– У вас своя работа, у нас своя, – согласился Зайцев, пристраивая кляп в виде шарика в рот Ахмета.
– Да-да, конечно.
– Мурашев, а здесь вы не были, – предупредил Воронин. – Утром пришлете горничную потолковее.
– Лучше слепоглухонемую, – посмеялся Зайцев.
ORT. Смерть не приходит одна. Насилие порождает убийство, убийство приводит к мести, месть возвращает к насилию. Смертельный круг замкнут.
Московский цирк произвел на Марка огромное впечатление. Мальчик с детства бывал в цирках Европы, но столько дрессированных хищников на арене не видел нигде.
– Папа, прыгать верхом на льве через тумбы, это же… – возбужденный Марк не находил слов.
Вместе с отцом он возвращался в гостиницу после циркового представления. Санат Шуман спешил. В полночь предстояло выступление перед группой Сосновского в баптистской церкви, а до этого кропотливая двухчасовая настройка инструмента. Санат планировал взять сумку с концертной одеждой, поторопить Фоглера и отправиться на работу. Но подняться в номер он не успел.
В холле «Интуриста» музыканта перехватил Алекс Зайцев и пригласил пройти в директорский кабинет. Приглашение поступило в форме приказа – охраннику Сосновского не откажешь.
За столом директора гостиницы восседал сам Борис Абрамович. Он выглядел озабоченным, метнул взор на музыканта и спросил:
– Шуман, где Фоглер?
Санат почувствовал неладное:
– Что-то случилось?
Начальник службы безопасности Воронин закончил телефонный разговор и доложил шефу:
– На международные рейсы Генрих Фоглер сегодня не регистрировался.
– Наш рейс завтра, – напомнил Шуман.
Сосновский буравил музыканта колючим взглядом.
– Если Фоглеру нужно спрятаться в Москве, куда он пойдет?
– От кого прятаться? – оторопел Санат.
«От бандитов!» – чуть не выкрикнул БАС, но сдержался. Пугать музыканта перед стимулирующим концертом себе дороже – без вдохновения исполнителя эффекта от музыки не будет.
Практичный политик подобрал слова помягче:
– У нас большая страна с несколькими центрами власти. Казанский хан захотел усилить свое влияние. Разнюхал про музыкальную Пирамиду, установил в своей столице новый орга́н, побольше нашего. И вот – прислал бригаду за тобой и настройщиком!
– У нас контракт с вами, – заверил Шуман.
– Сунут паяльник в одно место – маму родную продашь! – сорвался Сосновский.
Он выпил воды, подошел к Санату и снова стал заботливым:
– Ты пойми, Шуман, я хочу защитить вас. Фоглера нужно найти первыми. Он здорово накосячил, а мне расхлебывать.
