– Нужно время. Месяц, а может больше.
– Почему так долго? У вас же первая ступень получилась.
– Получилась, но не сразу. Из-за пневматической трактуры у данного орга́на есть некая задержка звучания. Но мы справились. А вторая ступень сложнее.
– Шуман, не забивай мне голову! Сколько?
– Месяц.
БАС издал недовольный рык, но смирился:
– Хорошо. Трижды повторим для меня Вдохновение, а дальше подожду Волю.
– Как скажете.
– Еще бы!
В комнату вошел Марк. Сосновский дружески похлопал юношу по плечу, но перед выходом обернулся и пригрозил:
– Не разочаруйте меня, Шуманы. Особенно ты, Марк.
Санат с сыном дождались, пока шаги политика стихнут за стенами церкви. Марк задержал взгляд на распятии, висевшем на стене. Подумал и спросил отца.
– Пирамида ВВВВ – Вдохновение, Воля, Влияние, Власть. По-моему, не хватает еще одной ступени – Веры!
– Она есть.
– Где?
– Вера – это основа, фундамент, на котором стоит Пирамида. Вера – это уверенность, убежденность. Если ты не веришь, ты не воспримешь следующие ступени. Для человека без Веры Пирамида не устоит.
– Поэтому орга́ны появились именно в христианских соборах?
– Да. Здесь им самое место!
Марк перевел взгляд на дверь, куда вышел политик.
– Ты думаешь, Сосновский в душе верующий?
Санат покачал головой:
– Он верит в себя. Это тоже фундамент. Но сила любого человека ограничена, можно надорваться.
ORT. Орган – самый большой музыкальный инструмент, у него огромный диапазон звучания и уникальное богатство тембров. По всем параметрам – это король музыкальных инструментов. Поэтому его первая демонстрация слушателям называется инаугурацией, и проводится не менее торжественно, чем посвящение в короли.
Лиза повязала платок, прикрыв волосы, и зашла в церковь. Звуков орга́на она не услышала, но продолжала надеяться на встречу. Она поднялась на балкон к органной кафедре и осмотрелась. Никого. Девушка спустилась вниз и нашла дьякона.
– Извините, я ищу Марка.
– Кого?
– Парень моего возраста, он здесь на орга́не играет.
– Вы ошибаетесь. В нашем храме органистка женщина. Молитвенное богослужение под музыку проходит вечером по четвергам. Приходите.
– Но я видела…
– Ждем вас в четверг. – Дьякон с мягкой настойчивостью перебил девушку и отошел по делам.
Служитель церкви не солгал, всего лишь поддался греху молчания. Он видел Марка с отцом в храме, однако утаил правду. Опять же по долгу службы. Первый пресвитер оповестил служителей, что приход обрел щедрого дарителя, который настаивает на строгой конфиденциальности. Даритель обожает органную музыку и иногда, после закрытия храма, будет использовать музыкальный инструмент для душевной терапии.
«Так Богу угодно, а мы служители божьи», – предупредил пресвитер.
Лиза растерянно потопталась в странном храме без икон и вышла. Рука стянула ненужный платок, сунула в сумку с магнитофоном. Она пришла с аппаратурой в надежде отыскать Марка и записать органную композицию более качественно. Послезавтра соревнования за Кубок Москвы, а тренировки проходят тяжело. Она совершает глупые ошибки, корит себя, от этого ошибок становится больше. Нет прежнего вдохновения, вместо легкости и задора только тяжелый труд, не приносящий радости. Иван злится на нее, требует вернуться к старой электронной музыке. Но она помнит ощущение окрыленности от звучания орга́на и верит, что нужно всего лишь улучшить качество записи, и вдохновение вернется.
Расстроенная Лиза стала грызть ноготь. «Ты еще в носу поковыряйся!» – отчитывала ее мама в детстве. И до сих пор старается контролировать каждый шаг дочери. А как же хочется самостоятельности! Она сама придумала танцевать под орга́н, сама организовала запись, сама решила улучшить звук, но…
Лиза отдернула руку ото рта, достала мобильный телефон и позвонила маме.
– Мама, у меня не получилось.
– А не зачем ходить по церквям! – Ирина Александровна пристыдила дочь и заговорила мягче: – Лиза, я обо всем договорилась. Тебя ждут в Концертном зале имени Чайковского.
– Меня? Кто?
– Найдешь там Гарри Гомберга. Скажешь, что от папы.
– А кто такой Гарри Гомберг?
– Он лучший органист страны! Уж не чета твоему мальчишке. И орга́н там в сто раз лучше!
– В сто? – Лиза шмыгнула носом, представила удивление судей от качественной музыки и согласилась: – Еду.
В четверг в восемь тридцать вечера Марк и Санат Шуманы вошли в баптистскую церковь. Молитвенное богослужение под песнопение и органную музыку к этому времени заканчивалось.
– Хранит Господь всех любящих Его, а всех нечестивых истребит. – Произнес пресвитер и завершил совместную молитву.
