Очевидно, что корни Деформации лежат в элементах изначальной эволюции вида, изначальной мифологии и религии. Основа проблемы — полигенизм, гетерогенность вида, возможность смешения, за которым следует этногенез и «культурное смешение» («духовное кровосмешение»). Деформация выразилась в таких элементах и феноменах как мифологических, особенно ритуальных, идеологических: бог Пан, двуликий Дионис — его вакхическое, безнравственное начало (Локки в скандинавской мифологии) — принцип почвы, как деградации и борьбы с сознанием; чрезмерность соматического, телесного плодородия (в пику ему Апполон губит детей Ниобы), которая вела к сексуальным извращениям, роскоши, против основы Нравственного начала (Свет и Ночь; Отец и Мать). Но позже появился куда более опасный элемент Деформации — монотеизм и пантеизм (искажение Бога, масонское обретение его внутри себя; избранный народ; аморфность Бога у Платона и т. д.). (Можно вспомнить притчи про орла и змея, про дерево Игдрассиль).
Христианство позднее в какой-то степени исправило искажение Бога и сохранило часть культурного типа ранних доевропейских цивилизаций, но также приняло в себя как родовые, некоторые элементы Деформации, чтобы сгладить их — по типу Индийского типа культуры (аскетизм).
Далее становление Европейской культуры: готика довели до известной степени развитие белой цивилизации, однако, позже начался застой — Инквизиция (ритуализм) — Деформация. Но через Ренессанс, Реформацию, Великие Революции, отрицавшие Христианство, белая цивилизация все же сумела трансформироваться и сохраниться.
Все создатели европейских философий истории и теорий этногенеза были фаталистами и эсхатологами. Они раскрыли многие закономерности развития и упадка обществ, этносов, культур и цивилизаций. При этом они не учли главного — самих себя, результат своего творческого труда. А он расширил сознание психосферы. У людей есть нынче знание о том хаосе, тех процессах, которые с ними раньше происходили, с которыми они не умели справляться, не видели перспективы развития, не понимали ошибок. Но теперь-то знаний достаточно — для осознания процессов увядания. И сознание людей, способное создавать атомную бомбу, вполне возможно сумеет решиться на осознанную трансформацию культуры, цивилизации, чтобы не сгинуть в песках времени.
Деформация — это разрушительная сила эволюции, которая уничтожает как здоровое, так и больное. Это — Мертвая Вода. Но через ее осознание здоровье обретает импульс — искру к жизни, к Трансформации, к борьбе, на что больное уже не способно. Появляется воля к жизни — развитие «из себя».
Сегодня идет новая волна Деформации, возможно последняя для нашего типа, но все же возможность справиться с декадентскими элементами еще есть. Есть пассионарные силы к Трансформации, перспективные проекты, заложенные в 20 веке. Но также есть и диалектическая мощь Абсолютной Деформации — уничтожения человечества. В этих условиях уже прослеживается явный кризис всей биосферы, и ноосферы в частности. Что сможет его преодолеть и открыть Новую Эру?
Проблема волнующая интеллектуальные круги вот уже более столетия заключается в полном пересмотре, переосмыслении и в чем-то ревизионизме всего духовного опыта европейского глобальной цивилизации, отсчет которой и положило событие произошедшее более 2000 тысяч лет назад — появление личности Иисуса Христа.
Последующий антихристианский пафос Нового Времени с нигилизмом вплоть до атеизма, и столь же яростное оправдание христианских положений наводят на мысль о том, что личность Христа, несмотря на разногласия, мистицизм, догматизм, коренным образом повлияла на судьбы Европейской цивилизации, ее новой эры, на становление государств в канве Великого переселения народов из Северной и Восточной Европы, которые и стали столпом Европейской глобальной цивилизации.
Европейская глобальная цивилизация строила свои государства и для восприятия этого механизма им жизненно необходима была мощная идеология, закрепляющая монархическую власть. Мощный нордический дух, не знавший рабства государственных организаций, осознанно воспринял тогда христианство, на тот момент самую цельную религиозную нравственную идеологию — ислам сам еще находится на этапе становления, иудаизм был закрытым эгоцентрическим учением. Язычество молодых народов было не в состоянии обеспечить новый тип национальной сплоченности в рамках государства, слишком уж оно было обращено к гармонии человека с природой.
Чем же привлекло христианство нордические народы? Для иерархического принципа власти оно было незаменимым инструментом управления массами, их моралью. Поэтому заблуждаются те, кто считает христианство религией слабых. Нет, эта религия, как раз таки служила интересам сильных. Лишь позднее произошел ее упадок, из-за замкнутости жречества от мира, и ухода в мистику и механический ритуализм христианство деградировало и обрело те черты, которые потом так критиковались.
