Теперь перейдем от мифа к его результатам — к самой насущной ныне проблеме депопуляции коренного европейского населения. Чрезмерная концентрация труда, высоты жизненного роста делают для работающего человека невыгодным содержать более двух детей в нормальных условиях, притом, что его супруге приходится работать. А то и вовсе не выгодно содержать более одного ребенка. Высокие культурные показатели требуют столь же обременительных высоких вложений в человека труда. Национальное село тоже в значительной степени не может себя воспроизводить в должной мере из-за тех же самых высоких показателей культуры, к тому же мотивирующих молодежь уезжать в города. Те же, кто добился максимума от жизни, могут себе позволить много детей. Но социальный лифт создает перенапряжение наверху. Мест не хватает, а это прямая дорога к дегенерации значительной доли этих людей. Урбанизация по инерции продолжается, но из-за концентрации возможности роста сокращаются. И деградация нарастает как снежный ком. Так как нет оттока людей в широкие пространства. Их тяжело осваивать, комфортная жизнь городов и их потенциальные возможности роста притягивают людей больше, даже в том случае, если они и не могут реализоваться в полной мере в городах. Они не могут осваивать новые территории, так как их сознание, навыки полностью заточены под урбанизацию. Нация рушится, возникает разобщенная на непонимающих друг друга индивидов и групп масса — общество без корней. Возникают элиты и диаспоры, корпорации, которые стремятся уже не к росту производительных сил, а в первую очередь к росту потребления. А рост производительных сил — это и народонаселение, причем трудовое, а не потребляющее. Новая Вавилонская башня как черная дыра высасывает все жизненные соки из основания уже в глобальных масштабах. Масса трудящихся перекачивается из всеобщего основания вверх — это дешевле собственного воспроизводства населения. В связи с глобальностью роста появилась возможность сэкономить на социальном ресурсе. Но дешевле, как известно, не всегда лучше. Нагрузка на коренную инфраструктуру всего сооружения Цивилизации и на ее основание из-за этой концентрации и в погоне за ростом гипертрофируется и расшатывает «башню». Основа культуры — нация размывается чужими основами, порой архаичными, трибалистскими и враждебными сложившейся высокой культуре. Самой же культуре неоткуда брать человеческий материал для восстановления и пополнения, для поддержания стабильности своих жизненных устоев. И она угасает. На ее место идет новая культура, которая возникнет в результате катастрофы — крушения Вавилонской башни. Мир ждет одичание, европейскую культуру — забвение.
Чтобы сохранить европейскую цивилизацию, ее нужно возрождать — возрождать ее своеобразие, укреплять ее фундамент, освоить заново национальную ойкумену, создать более гармоничное соотношение основы и роста. Необходим новый регламент сословий, но учитывающий нагрузку на основу, пропорцию количества верхних слоев общества и нижнюю. Он будет призван создать механизм отдачи излишков сверху вниз, как в экономике, так и в населении, в потреблении. Помимо роста вверх, необходимо обеспечить и привлекательное освоение вширь. То есть сократить «смешение языков» через раздельное сосуществование культур, вместо коммунального общежития.
Что есть судный день? Давайте оставим в стороне мистику и дела поповские. Все эти миллионы, видящих признаки конца, по большому счету не понимают реальности данного события. Им видятся потопы и кары небесные. Этого не будет. Будет следующее.
Судный день — это не гибель человечества, это его уход из биологической истории. Сегодня этот гигантский организм пытается спастись последним, что у него осталось — рождаемостью. Он плодится вопреки всякому разумному пониманию. Но ученые уже рассчитали модель того, что народонаселение Земли достигнет своего пика, и далее пойдет на убыль.
Проблема состоит в том, что необходимо понять, что же природа оставит после человека, и что будет с человечеством в его сумерках. Попробуем понять, какой ответ дает нам наука и философия, если не брать в расчет теории прогресса и спасения рода человеческого. Два таких разных человека, как духовник Тейяр де Шарден и ученый Владимир Вернадский пришли к выводу, что природа эволюционировала с помощью человека, создала Ноосферу — новую свою форму существования. Даже если предположить, что не обошлось без сверхразума, то следует понимать, что и для креационизма требуется время и механизмы реализации. Таковыми механизмами и считаются по Вернадскому эволюционизм и номогенез. Только они не противоречат друг другу, как это пытались и пытаются доказать на всех кафедрах добродетели современной науки, они дополняют друг друга.
