— Я предлагаю оставить все, как есть, — важно предложил министр Варнус, — пока в казну исправно поступают налоги из провинций, нет повода для беспокойства, — так вот он кто — министр финансов, ну конечно же...
— В Столичном Округе много своих проблем, — вставил еще один министр.
Я от такой наглости вообще растерялся, даже забыл, что это я собирался сегодня удивлять их, а не наоборот. Нет, я, ясно дело, в политике ничего не смыслю, но даже у меня хватает извилин, чтобы понять, что если пустить дело на самотек, Карадена может получить сразу три войны, одна из которых будет гражданской.
Я хоть и не уроженец этого мира, но бедную родину Эридана мне стало искренне жаль. В Столичном Округе много своих проблем — гениально! Можно подумать, что провинции не обеспечивают эту самую столицу.
И что же мне делать? Мельвидор и Леонер очень просили не высовываться. Не высовываться... Легко сказать. Король в коме, принц смотался в неизвестном направлении, а мне потом до старости чувствовать себя виноватым, что ничего не предпринял, когда у меня была возможность?
Что ж, тонуть, так тонуть...
Я набрался смелости и решил идти ко дну.
— Нет, — холодно отчеканил я. — Оставлять, как есть, мы не будем.
— И что же вы предлагаете, принц? — это «принц» прозвучало с отчетливой насмешкой.
«Я предлагаю разогнать вас всех к чертовой матери», — зло подумал я, заодно еще раз разозлившись на Эридана, будущего короля, допустившего ТАКОЕ. Если так пойдет, я скоро на свое отражение в зеркале кидаться начну — из-за какого-то дурака-принца я вынужден торчать в этом сумасшедшем доме да еще и заниматься вопросами, от которых зависят тысячи жизней.
— Пошлите шпионов в эти провинции, — пытаясь скрыть раздражение, предложил я. А потом сообразил, что я делаю. Эридан — глава королевства, а министры, соблаговолили, видите ли, выслушать его предложение, всего лишь предложение... Нет, так не пойдет... — Пошлите шпионов, — повторил я с нажимом. — Сегодня.
— Думаю, стоит вынести этот вопрос на обсуждение, — снисходительно обратился ко мне министр Корвец, тот, что обозвал Эридана «обнаглевшей помехой». Похоже, эти слова слетели с его губ не сгоряча, он и сейчас так считает.
Итак, я вспомнил фильмы про королей, которые мне довелось видеть, и попытался скопировать властную интонацию правителей:
— Данный вопрос обсуждению не подлежит. Это приказ.
— Но... — начал было министр, но замолчал. Они, конечно, обнаглели, но открыто попереть буром на принца еще не решались. — Как вам угодно, ваше высочество, — и снова эта пренебрежительная интонация на «высочестве».
— Угодно, — заверил я. — И не откладывайте.
На этом совещание закончилось.
Когда-то мне казалось, что самый страшный крик, который я когда-либо слышал, — рык директора школы после того, как мы с друзьями развели костер в спортзале и чуть не спалили все здание (кстати, из той школы меня исключили). Оказалось, я ошибся. По сравнению с тем, как орал Леонер, директор просто мило беседовал. Монах же вопил так, что мне показалось, что у дворца сейчас снесет крышу. Хорошо, что Мельвидор — маг и позаботился о звукоизоляции.
— Полдня! — орал глава церкви. — Полдня ты был без присмотра и уже умудрился настроить всех министров против себя, унизить половину из них, да еще и заставить выполнять свои приказы! Да Эридан бы ни за что не стал вести себя так вызывающе! Они немедленно догадаются, что что-то не чисто!
Маг вообще молчал, не мешая монаху драть свое измученное молитвами горло. Но по его виду было ясно, что он полностью со всем согласен. Что ж, замечательно.
— Как раз наоборот, чисто! — не выдержал я. — Совершенно чисто! — и уточнил: — У вашего Эридана в голове. А у меня там мозги, какие-никакие, но вполне рабочие, и они считают, что сегодня я действовал только на пользу Карадене, в отличие от вашего обожаемого принца, так лихо из нее сбежавшего.
— Ты не Эридан, — настаивал монах, — ты не имеешь права принимать королевские решения!
— Тогда верните меня домой! — вспыхнул я еще больше. — А то я, по-вашему, должен играть Эридана со свободой действий овцы. Даже не овцы! Жертвенного барана! Черта с два! Чего вы от меня хотите? Верните меня домой, и проблем не будет. Или идите и сообщите всем, что я не Эридан.
— Ты же знаешь, что мы не можем этого сделать, — насупился монах.
Тут мне сделалось совсем обидно. Ничего-то они не могут, зато я, по их мнению, почему-то все могу.
— А я не Эридан, и не умею вести себя, как Эридан, — голос у меня стал какой-то придушенный, от обиды, наверное.
— Остынь, Леонер, — неожиданно заступился за меня волшебник. — Если хорошенько разобраться, Андрей прав, Эридан слишком многое позволял министрам. И этот приказ Андрея был на самом деле разумным.
— Этот разумный, — не сдавался монах, — а следующие? Или, думаешь, теперь он станет паинькой?
Мельвидор очень серьезно посмотрел на меня. Что ж, по крайней мере, не враждебно.
— Пожалуй, с дальнейшими приказами и решениями могут быть проблемы, ты ведь ничего не смыслишь в делах королевства.
