Сегодня я впервые с начала тренировок в учебном году выкладываюсь по полной. Самым наглым образом подстраиваю игру под себя, безжалостно отбирая пальму первенства у Дьяконова. Льву это не нравится, но парни в команде и тренер не протестуют, поэтому я спокойно заканчиваю тренировку и ухожу в раздевалку победителем.
– Ну ты сегодня машина! – Отбивает пять Никита, тот самый, который вчера передал Алисе цветы.
Как же меня на этом букете заклинило! Я едва не отобрал их и не отправил в полет до ближайшей урны. Лиска еще вся расцвела, заулыбалась, будто цветы – самый лучший подарок в ее жизни. И пришлось везти ее домой с букетом. Ощущение было отвратительное, словно мне по морде надавали, так еще и заткнули, сказав не отсвечивать и руки не распускать.
– Ты на допинге, что ли? – Лев заходит в раздевалку последним. Он почти всегда остается поговорить с тренером, они что-то долго обсуждают, и только потом наш капитан показывает свою царственную задницу в раздевалке.
Лева на ходу снимает мокрую форму, бросает ее на скамейку. Обычное явление, я делал ровно так же, но меня напрягает. Он будто транслирует свое превосходство. Все уже давно поняли, что он целиком и полностью американский мальчик, который ждет, когда восстановится полностью, чтобы свалить от нас как можно скорее.
– Настроение игровое. – Пожимаю плечами. Что еще ответить? Что меня подогревала злость и желание обойти его там, где он считает себя чемпионом? Да. И у меня получилось – расположение парней тому доказательство.
– До турнира сохрани, – рявкает недовольно и идет в душ.
Пацаны медленно расходятся, поржав над нашим со Львом соперничеством. Я никогда особо не метил в капитаны, мне это неинтересно – лишняя ответственность, которую я не готов нести, но парни единогласно проталкивали меня. Потом появился Лев, и я выдохнул с облегчением, как оказалось, ненадолго. В начале было круто работать в тандеме: он вел, я – помогал идти к победе. А потом случилась Алиса, точнее, Лев ее заметил и решил оказать знаки внимания, перед этим поступив как последний мудак. Такое не прощают, я уж точно. И что-то у нас перестало работать.
Мы по-прежнему оставались сильной двойкой, но радости от взаимодействия с Дьяконовым на площадке я не испытывал.
Когда в раздевалке не остается больше никого, я выдыхаю с облегчением. Я сегодня не прогулял тренировку, потому что хотел поговорить. Мне не нравится, что Лев ошивается вокруг Алисы, не тогда, когда мое персональное счастье слишком близко. Я не позволю все испортить.
Дьяконов выходит из душевой и осматривается, нахмурив брови. Я неторопливо складываю вещи в сумку, чтобы не выглядеть так, будто только его и ждал. Напряжение между нами можно резать ножом. Лев явно недоволен, что я его обошел сегодня. Я же считаю, что недостаточно сильно размазал его по площадке.
– Зачем тебе Алиса? – задаю вопрос в лоб. Ходить вокруг да около с ним смысла нет. Тело вибрирует от злости, Лиска мне толком ничего и не рассказала, но уверен, Дьяконов скорчил рожу, когда узнал, что Вайцеховская чиста и невинна. Он поначалу рассказывал о своих похождениях и о том, как любит умеющих все в постели девчонок.
– Ты для этого остался, Отелло? – спрашивает с усмешкой, поворачиваясь ко мне. – Понравилась, вот и подкатываю, все просто и очевидно.
– На твоей вечеринке была не особо нужна. Что изменилось? – Какая-то это мутная история, которая у меня вообще не вызывает восторга. Алиса все та же, Лев все так же на дух не переносит девственниц. Что-то в этом уравнении не складывается, и я не могу понять что. Либо изменились условия уравнения, либо добавилась еще одна переменная.
– Не твоего ума дело.
Ясно, разговора не получится. Я не особо рассчитывал на откровения, поэтому перехожу сразу к важному:
– Оставь Алису в покое.
– А то что? По роже дашь? – спрашивает Лев, натягивая футболку. Края заворачиваются, и ему приходится ее поправлять, заламывая руки. – Или ты для себя ее бережешь? – хмыкает он и смотрит на меня. Бесит, сука. Прибить бы его здесь, чтобы не вертелся рядом и не раздражал. – Охренеть, серьезно, что ли?
– Да, поэтому отвали, – меня несет. Если наш разговор дойдет до Лиски, она пошлет меня на все веселые буквы алфавита.
– Хер тебе, – Дьяконов показывает мне фак и усмехается. – У тебя было время, чтобы ее заарканить, и ты им не воспользовался. Теперь двигай в сторону и не мешай. А то как собака на сене: ни себе, ни людям.
– Ты с Алисой точно не будешь.
– Ошибаешься, Ян. – Все в команде называют меня Яном. Я даже не помню, как сложилась эта традиция, но сейчас я морщусь от небрежного обращения с моим именем. – Я не только буду с ней, я еще и буду первым в ней. Трахну так, что у нее искры из глаз посыпятся. – Он подходит ближе. Расслабленный, уверенный в том, что поставил меня на место. Лев хлопает меня по плечу и слабо сжимает, встряхивая. – А ты отойди в сторону, секьюрити. Верному псу дана команда «место», так что будь хорошим мальчиком и не мешай мне делать из Алисы плохую девочку.
