Останавливаюсь на светофоре, и тут Макс резко выпрямляется.
– Что?
– Моя машина. – Он кивает вперед, указывая на припаркованный около обочины «БМВ».
Загорается зеленый, и я подъезжаю к машине Макса. Включаю аварийку и выхожу следом за другом. Он дергает ручку водительской двери, но автомобиль оказывается закрыт. Прислонив ладонь к стеклу, я вижу, что салон пуст.
Макс молча разворачивается и идет к машине Миры, а затем возвращается с ключами.
– Несколько месяцев назад я потерял свою пару и после этого на всякий случай оставил дубликат у Миры.
Он нажимает кнопку на брелоке, и машина открывается. Мы садимся в нее и осматриваем салон. В голове проносится сотня мыслей, что могло произойти. Они колеблются от «она просто остановилась, чтобы прийти в себя, и находится где-то рядом» до «кто-то забрал ее». Одно уже радует – Мира не попала в аварию и, надеюсь, относительно невредима.
– Думаю, нам лучше разделиться, – предлагаю я.
Макс кивает.
– Если ты найдешь ее, позвони мне, – просит он. – Я еще раз проедусь по набережной и осмотрюсь за городом в южной стороне.
Я молча выхожу на улицу и возвращаюсь к машине Миры. Макс первый отъезжает от обочины. Прислонившись лбом к рулю, я пытаюсь придумать хоть какой-то вариант, куда лучше отправиться в первую очередь.
Вчера ночью я держал ее в своих объятиях, слушал, как она выдыхала мое имя, чувствовал, как сжимала мои плечи, а уже сегодня могу думать только о том, чтобы с Мирой все было в порядке.
Достаю телефон и набираю номер человека, которому могу безоговорочно доверять.
– Ты уже соскучился по мне? – задорно интересуется сестра.
– Скажи, куда бы ты пошла, если бы была потеряна?
Повисает секундное молчание.
– Что случилось? – с тревогой спрашивает она.
Я хочу все рассказать, но точно не сейчас. Я звоню сестре, потому что она сама часто бывала в таких ситуациях, и тогда ее практически невозможно было найти. Оставалось только сидеть и ждать, когда она объявится или кто-то позвонит и скажет, где она.
– Потом. Просто ответь на вопрос, – прошу я.
Вика тяжело вздыхает.
– На окраине города есть заброшенные здания, я там часто пряталась, – признается она.
– Спасибо.
– Богдан?
– Да?
– С тобой все в порядке?
– Не совсем. Я потом тебя наберу.
– Хорошо.
Не уверен, что Мира будет там, но я проверю каждый закоулок этого проклятого города и найду ее.
Проезжаю несколько улиц, всматриваюсь в прохожих, ищу знакомый силуэт, но никого похожего на Миру нет. Нет даже намека на сумасшедшую девчонку с кудрявыми волосами, которая сбежала в неизвестном направлении, потому что появилась ее садистка-мать.
Я так крепко спал, что даже не почувствовал, как Мира выскользнула из-под меня. Когда она заснула в моих объятиях, я долго смотрел на нее. Ее веки подрагивали. Во сне она дернулась и слегка застонала. Ее лицо исказилось от боли. Я крепче прижал ее к себе, и Мира успокоилась. Словно мои объятия прогнали ее кошмар. Я коснулся татуировки феникса и заметил три больших бугорка. Три шрама. До меня наконец дошло, почему она не любит, когда я смотрю на ее татуировки. Все это время она прятала шрамы. Татуировки – это защита.
– Я найду тебя, – говорю я в надежде, что даже на расстоянии она услышит меня.
Главное, чтобы она была в порядке и не успела натворить непоправимых ошибок. Я выжимаю педаль газа и как сумасшедший мчусь по городу в то место, которое назвала сестра.
Первое, что я вижу, открыв глаза, – плотно задернутые шторы. Сквозь них пытаются пробиться тусклые лучи солнца. Маленькие пылинки по кругу танцуют друг за другом.
Подтягиваю к себе коленки и, сжав в пальцах плед, осматриваю помещение. Небольшая студия в светлых тонах, кухня отделена стеной. У окна стоит рабочий стол, заваленный бумагами. В открытом шкафу висит мужская одежда.
Что я вчера сделала и как тут оказалась?
Бросив взгляд вниз, вижу, что на мне мужские спортивные брюки и футболка.
– Привет, – раздается мужской голос.
Резко обернувшись, я вижу Никиту. Он проходит в комнату и протягивает мне стакан воды.
– Привет, – хрипло говорю я и откашливаюсь.
Делаю несколько глотков и, сжав стакан пальцами, отвожу взгляд.
Никита берет стул и садится напротив, протягивая мой мобильный. Словно издеваясь, память начинает подкидывать обрывки произошедшего. Я выбежала на улицу под проливной дождь, и меня нашел Никита. Он привез меня к себе домой, дал сухую одежду, а затем я уснула у него на диване.
Подавив стон разочарования, я закрываю глаза и делаю глубокий вдох. Никто и никогда не видел моих приступов. Я держала все в тайне, не желая показывать окружающим, во что порой превращаюсь. И в данной ситуации мне некого винить, кроме себя самой.
– У тебя села батарея на телефоне, но я его подзарядил.
Я благодарно киваю, все еще избегая смотреть Никите в глаза.
– Ты…
– Ты просила не звонить Максу, и я не сделал этого. Но прежде, чем твой телефон полностью отключился, тебе не переставая звонили Макс и Богдан.
Закусываю губу и поднимаю на друга взгляд.
