В фойе было не протолкнуться. Что не удивительно – ставший в последнее время мега популярным Хиддлстон играл Гамлета. На билетах Данил не экономил, когда покупал, надеялся, что этот вечер станет их новым началом, шансом на светлое совместное будущее. А вышло иначе, и то, что планировалось как начало, стало концом.
- Меня на полную ставку в газету пригласили, - поделилась Ирина.
- Я рад, - Данил улыбнулся. – Поздравляю, - он действительно был рад тому, что Иринина жизнь не вертелась больше вокруг него одного, что она не ставила условий, не плакала и не цеплялась за прошлое. И, не знай он Иру столько лет, наверняка поверил бы, что с ее стороны и в самом деле все прошло, растаяло, как снег по весне. Но Данил знал. И потому видел боль во взгляде, видел, как тяжело ей быть рядом и не с ним. Но ничего не мог изменить. Да и не хотел.
Мимо прошла пара, и Данил несколько раз моргнул, гоня наваждение – мужчина был похож на Влада. А женщина – на известную ведущую Алину Ковалеву. Он подхватил Ирину под локоть и двинулся следом, уверенность крепла с каждым шагом.
Сердце билось загнанной птицей где-то в горле, ладони вспотели. Влад обернулся, мазнул по нему равнодушным взглядом незнакомого человека и повел свою спутницу в ложу. Дали третий звонок.
Хиддлстон играл гениально, и Данил воздал бы ему должное, если бы смотрел на сцену, а не на ложу, где сидел Влад. Взгляды на мгновение встретились… и снова на лице писателя не мелькнуло и тени заинтересованности. Словно забыл, одной силой воли вычеркнул из памяти. Данила душила обида – он ночами не спал, думал, мечтал, хотел, ругал себя и проклинал Влада, а тот просто сделал вид, что не заметил.
Данил видел, как Влад поднялся и покинул ложу.
- Я сейчас, - шепнул Ирине и пошел следом.
Влад мыл руки и на появление Данила не отреагировал даже кивком. Медленно закрутил кран, аккуратно обтер кисти бумажным полотенцем.
- Влад, - тихо позвал Данил.
- Хиддлстон прекрасен, не правда ли?
- Да… - мужчина прошел мимо, и Данил, не сознавая толком, что делает, схватил его за руку. Влад посмотрел так, словно на него приземлилась навозная муха.
- Ненавижу тебя, - прошептал Данил. А потом резко развернулся и толкнул Влада к стене. – Как же я тебя ненавижу! – он обхватил ладонями его лицо и прижался губами к губам. Это мало было похоже на поцелуй, скорее, на укус, стремление подчинить, заставить сбросить маску равнодушия, оголить чувства и эмоции. Он терся пахом о бедро тихо всхлипнувшего Влада, задевал его твердеющий член. Влад разомкнул губы, пуская язык, и Данил не сумел сдержать стон. – Хочу тебя. Себя за это ненавижу… - Влад тихонько прикусил Данилу мочку, тот вздрогнул всем телом, подставил шею. – Почему так, Влад? – шептал исступленно. – Почему ты, черт тебя возьми? – Влад молчал, только его руки сомкнулись на талии Данила, прижимая ближе, сжимая крепче, словно он хотел слиться с ним в одно целое. – Почему ты?
- Не знаю, Даня. Не знаю, что тебе еще от меня нужно, - он разжал объятия и оттолкнул. – Ты узнал, что хотел, что еще?
Данил смутился.
- Я… я скучал.
- По чему, интересно? По качественному минету? По анальному сексу? Так у тебя девушка есть, попроси как следует, будет тебе и минет, и задница.
- По тебе.
- Прости, но я не верю, - Влад ушел, а Данил стоял и смотрел ему вслед, с силой сжимая кулаки, не замечая, что ногти оставляют на ладонях багровые полосы.
========== Глава 16. Выйти из шкафа* ==========
http://www.youtube.com/watch?feature=player_embedded&v=sF1YWsG7CCg#!
«У меня началось раздвоение личности. Жизнь превратилась в сюжет. Видимо, это была защитная реакция. Иначе я бы помер от страха… Моя литература стала дополнением к жизни. Дополнением, без которого жизнь оказывалась совершенно непотребной».
Сергей Довлатов
Слово «ненавижу» Влад не любил и в своих повестях и романах почти никогда не использовал, уж слишком оно отдавало максимализмом. Его обожали люди эмоционально нестабильные, экзальтированные, особенно женщины. Чуть что – сразу ненавижу. Ненавижу брокколи, ненавижу красить ногти, дождь, солнце, снег… Ненавижу тебя, потому что не позвонил. Что имел в виду Данил? То, что Даль в своем знаменитом словаре?
Влад не знал, радоваться или нет. С одной стороны, вроде особо нечему, ведь Данил «ненавидит», с другой – не верил он в это, сам себе не мог объяснить почему, но не верил. Тянуло от такого признания совсем другим, не ненавистью, нет, наоборот, какой-то беспомощной зависимостью, страданием. И Влад на что угодно готов был поспорить, что не в ней там дело. И уж точно Данил не был к нему равнодушен. Мужчина улыбнулся и тихо вошел в ложу.
Алина с интересом посмотрела на занявшего свое место Влада.
- Приключение? – спросила тихо.
- Оно самое.
Спектакль досмотрели в молчании, и журналистка предложила продолжить общение за чашечкой кофе.
- Владик, тут такое дело, – Влад засмотрелся: выглядела Алина роскошно, впрочем, как всегда. Были в его жизни женщины, иногда заставлявшие жалеть, что у него на них не стоит. – Мне нужна твоя помощь.
