Прошло полгода с нашего переезда, по словам Шона, история, связанная со мной, утихла, началась пора подготовки к экзаменам, поэтому даже в школе обо мне почти сразу забыли. Иногда я размышлял, есть ли в мире подобный мне человек. Может даже девушка. Как бы этого выглядело, если бы Марта тоже не спала? Если бы я мог открыться, мы стали бы еще ближе, я бы наконец расслабился рядом с ней.
Однажды Марта зашла на кухню посреди ночи. Было около трех часов, обычно она крепко спала в это время. Я стоял у окна с чашкой горячего кофе.
– Я встала в туалет и увидела свет. Не спится?
– Да, мне нужно доделать меню для бизнес-ланча для наших заказчиков, – сказал я уверенно, но по лицу Марты понял, что это звучало неубедительно.
– Правда? А вчера, а неделю назад? Ник, я не первый день наблюдаю за тобой. Что происходит, почему ты не остаешься со мной в постели ночью?
Я лишь покачал головой, хлопая ртом как рыба, выброшенная на берег в полном замешательстве. Почему я не подготовил ответ раньше? Рано или поздно она должна была спросить.
– Ты совсем не отдыхаешь, – продолжила она, подойдя ближе, – Принимаешь какие-то вещества?
Я отрицательно замотал головой.
– Тебе некомфортно спать со мной? Ты только скажи, мы поставим еще одну кровать в спальню.
– Все в порядке просто такой период, – не зная, что еще сказать я пододвинул к ней тарелку с зефиром. – Хочешь?
– Не сейчас, я пойду спать, уже очень поздно, и жду тебя. Сейчас.
Я вздохнул и прошел за Мартой в спальню, обнял ее, вдохнул аромат волос и прижал к себе, она почти сразу заснула.
До утра я остался с ней в постели. И думал только об одном, что, если бы она услышала правду? Приняла бы это, осталась бы со мной?
«Научи меня спать, Марта, и я никогда не оставлю тебя ночью» – подумал я, глядя как она спокойно спит.
– Привет, подержишь? – Ханна с порога передала мне малышку, – Ты не заходил почти две недели, честно, я злюсь.
Наступили теплые весенние деньки, мы строили летнюю веранду в кафе, но, конечно, меня это не оправдывало. Как же успевают все люди, которые спят?! Для меня это – загадка. Наши отношения с Ханной стали натянутыми.
Я прошел за ней в детскую, поставил Олли на пол и расцеловал.
– Я могу приходить ночевать к вам, буду следить за Олли, как раньше.
Ханна встревоженно посмотрела на меня.
– Вы расстались с Мартой?
– Нет, все нормально.
– Она уже знает про твою особенность, из-за чего мы переехали и про твой возраст?
– Нет, разумеется, нет.
Я погулял и поиграл с Олли, все это время Ханна была с нами, но избегала разговоров со мной. Вечером к Олли пришла няня Нэнси. Ханна ушла на кухню готовить ужин.
– Ты помнишь что-нибудь о своей матери? – вдруг спросила Нэнси, когда я выстраивал перед Олли башню из крупных кубиков Лего.
Я вопросительно посмотрел на нее.
– Ханна мне многое рассказывала, хотела услышать об этом от тебя, – объяснила она.
– Нет, мне же было полгода, когда я попал в детский дом.
– Ну все равно что-то осталось в памяти: звуки, запахи, образ?
Я попытался погрузиться в воспоминания, но только нахлынула привычная волна злости и раздражения.
– Я злюсь, когда думаю о ней, – признался я, почему-то чувствуя, что могу открыться Нэнси.
– То есть единственное чувство к ней – злость?
– Да, она меня бросила. Я думаю, и не любила никогда.
– Тебе так сказали?
– Нет, родные ничего не знают, она жила в другом городе, уехала тайно, не общалась с ними.
– Как же узнали про тебя?
– Позвонили из детдома, Ханна забрала меня через месяц, кажется, так мне рассказывали.
– Слушай, твоя история интересная, хоть и не уникальная. Ты искал отца когда-нибудь? – спросила Нэнси.
– Нет, раз он допустил мое попадение в детский дом и до сих пор не пытался меня найти, я ему не нужен, если он еще жив, конечно.
***
Когда я уже собирался уходить, Ханна протянула мне сверток.
– Что это? – удивился я.
– Открой.
Я с предвкушением разорвал бумагу. Внутри лежал красивый кожаный портмоне и открытка. «С восемнадцатилетием, дорогой Ник. С любовью твои Джон, Ханна и Олли».
Я смотрел на открытку и едва сдерживал слезы.
– Мы тебя очень любим и скучаем, заходи почаще, – Ханна, наконец, прижала меня к себе.
***
Дома я увидел два неприятных видеозвонка от Шона. Я надел наушники и нажал на кнопку «перезвонить». Через несколько длинных гудков на экране появилась Мила.
– Привет, – от неожиданности я не мог найти слов, чтобы продолжить разговор.
– Привет, отлично выглядишь, – сказала она. – Шон уже идет, он выходит из ванной.
– Спасибо.
Снова неудобное молчание и ее пронзительный взгляд, я заметил, что она была в черной спальной шелковой сорочке, и отвел взгляд, мне стало неудобно.
– Я перезвоню тогда позже, ладно?
– Эй-эй, – услышал я голос Шона, – Стой!
Он появился в кадре в халате:
– Тебя не так-то просто теперь поймать, бизнесмен ты наш! Когда увидимся?
Я не успел ответить и услышал голос Марты в прихожей:
– Я дома, любимый!
Лицо Милы вытянулось.
– Теперь понятно, почему ты трубки не берешь – захихикал Шон.
– Не в этом дело… – начал я.
– Дело в этой, – перебил меня Шон и в голос расхохотался. – Ладно, это я от радости за тебя, прости.
