— Тогда приступайте. Ученики уже в кабинете литературы. Или должны быть там…. Вы ведь помните дорогу? Планы занятий у Вас приличные, хотя вскоре Вы поймёте, что не всегда получится неукоснительно следовать им. Я дам Вам несколько дней на то, чтобы освоиться и познакомиться с детьми, а потом мы поговорим. Если возникнут сложности, Вы знаете, где меня найти. Хорошего дня.
Интересно, что она подразумевала под «сложностями»? На негнущихся ногах, Лив поднялась на третий этаж, чувствуя, как с каждым шагом всё тело словно наливается свинцом. Дойдя до нужного кабинета, она на мгновение остановилась. Сделав глубокий вдох, силясь унять бушующее сердце, девушка решила: сейчас она войдёт туда, и не будет выглядеть дрожащей амёбой. Пусть ей страшно, но о страхе в её сердце будет знать лишь она, и после этого урока ученики не пойдут рассказывать своим друзьям о том, что новая учительница едва не хлопнулась в обморок, стоило ей переступить порог класса!
Как только она открыла дверь, разговоры по ту сторону тут же стихли. Двадцать тринадцатилетних учеников безотрывно следили за тем, как она пересекает расстояние до стола, как ставит на него сумку. Лив повернулась к детям и, доброжелательно улыбнувшись, сказала:
— Доброе утро, класс. Меня зовут миссис Тейлор-Томпсон, я ваш новый учитель английского языка и литературы…
— Миссис «Дабл Ти», стало быть?
Ну, начинается.
Послышались тихие смешки. Лив улыбнулась парню, который это выкрикнул. Модная у тинейджеров стрижка — выбритая половина головы и перекинутый на другую сторону «хохолок» пшеничных волос, рубашка навыпуск, самодовольное выражение лица…. Она вспомнила «классификацию» учеников Барри, и этот экземпляр явно из «звёзд». Любитель порисоваться, весь его вид говорил о том, что вместо того, чтобы торчать здесь, он бы охотнее залип в телефоне.
— Верно. Смотрю, у нас тут весельчак затесался. Как тебя зовут?
— Калеб Макби, мэм.
— Так вот, мистер Макби — и это касается всех вас: мы встречаемся трижды в неделю, и всем присутствующим будет проще, если мы не будем враждовать. Вы тут все уже давно не мелюзга, поэтому говорю с вами, как со взрослыми людьми. — Для убедительности она обвела учеников серьёзным взглядом. Некоторые даже подобрались — так им понравилось сравнение. — Итак. Надрывать горло и перекрикивать вас я не собираюсь. В первый раз, когда вы расшумитесь, я просто замолчу до наступления тишины, во второй раз вы закрываете учебники, и мы пишем самостоятельные по прошедшей теме. Это не нужно ни мне, ни вам, так что я надеюсь, что вы меня поняли. Кстати, перебивать учителя также считается недопустимым, правило поднятой руки ещё никто не отменял, поэтому считайте, что первый раз за этот урок уже был.
— Вы же не знаете нашу предыдущую тему, — сказала девушка на первой парте, чья рука перед этим взмыла вверх.
Лив улыбнулась ей и постучала пальцем по папке на столе.
— Знаю.
Повисла тишина. «Интересно, — подумала Оливия, — многих из них я уже раздражаю?»
— Отлично! Если мы договорились, сейчас выясним, кого нет, и приступим к новой теме — «Английский романтизм»…
Глава 9
— Ещё полчаса и закругляемся, — крикнул он кучке тринадцатилеток, бодро набивающих баскетбольный мяч.
Барри устроился на лавке немного в стороне, откуда отлично просматривалась вся площадка. Всё складывалось неплохо, решил он, просматривая свои записи в журнале. Судя по показателям сдачи нормативов, если продолжат в том же темпе, есть все шансы, что большая часть этих подростков войдёт в двери старшей школы относительно выносливыми и почти влюблёнными в активный образ жизни.
Барри посмотрел на чистое голубое небо и с удовольствием подставил лицо солнцу. Последние тёплые деньки. Уже скоро придёт сезон дождей и порывистого ветра, и с уроками на свежем воздухе будет покончено примерно до конца апреля, и им придётся переместиться в спортзал.
В памяти совершенно непрошено всплыл тот урок чуть больше недели назад, когда им пришлось заниматься в стенах школы — к сожалению, прыгать через козла и лазать по канату нельзя под открытым небом. В таком случае, возможно, дети делали бы это с большим удовольствием….
Но не только эти воспоминания крутились в голове, когда он думал о том дне. Впрочем, ради собственной же пользы от них пора избавиться…. Что он немедленно и сделает.
«На сегодня их пыл уже угас», — рассеянно подумал он, наблюдая за детьми. Мяч перебрасывался уже кое-как, игру продолжали только самые неугомонные, остальные же уже разбились по кучкам и лениво бродили вдоль площадки. Ха, ну что с них взять?!
Да и он сам уже подустал. Вчера пришлось помогать в баре, так как Эйб пока не вернулся из Лондона, а второй бармен схлопотал отравление. В итоге, его вызвонил Нолан и в полу-приказном тоне велел приехать, потому что один он зашивается
