– Я всегда считал, что ты выше этого! Ты не твоя толстозадая подруга Маринка! Как же я в тебе, оказывается, ошибался!
– Вить, ты сейчас пытаешься переложить с больной головы на здоровую. Изменил мне ты, а виновата почему-то я! – Владислава вздохнула.
– Как ты могла залезть в мой телефон? Не ты ли всегда говорила, что у каждого есть личное пространство? И сама же залезаешь в мое! – продолжал муж гнуть свою линию.
Виктор кричал что-то еще, а Владислава слушала и ловила себя на мысли, что это какой-то страшный сон. Это не с ними сейчас происходит, не с ней. Слушать крики мужа стало невыносимо, и она вышла из кухни. Но Виктор пошел за ней и в гостиную.
– Я думал, что мы доверяем друг другу! А ты ведешь себя как закомплексованная стареющая дура! Как я могу после этого жить с тобой? Спать в одной постели? Владислава, как? Не уходи от ответа, когда я с тобой разговариваю! Скажи мне, моя правильная во всех смыслах жена, о какой совместной жизни может идти речь, когда нет доверия?
– Вить, ты сейчас серьезно? – Владислава смотрела на мужа, и в голове у нее не укладывалось происходящее. – Это у тебя ко мне нет доверия?
– А как я могу доверять тебе после того, что ты сделала?
Владислава смотрела на мужа и пыталась понять, увидеть в его лице что-то. Что именно она хотела увидеть на лице человека, с которым было прожито почти четверть века, какую из эмоций? Владислава, пожалуй, и сама этого не понимала, как не понимала она и того, что муж ведь искренне верит в то, что сейчас говорит.
– Нет, это сюрреализм какой-то, честное слово! Витя, да ты слышишь ли себя?
– А ты слышишь себя? Влада, о каком доверии может идти речь после того, что ТЫ сделала??
– Я сделала.
Владислава повторила это как утверждение и замолчала, пытаясь усвоить, осознать тот факт, что муж сейчас совершенно точно перекладывает вину на нее.
– Витя, не вопрос! Одевайся, поехали! – Владислава шагнула в сторону их спальни.
– Куда? – муж опешил.
– Подавать заявление на развод. На эту квартиру я не претендую. Выкупишь комнату моей мамы у меня и мне этого будет достаточно.
– А я так понимаю, что тебе есть уже, куда съехать, да, Владислава? Подготовилась, а из меня делаешь козла отпущения?
– Да что ты! Какой же ты козел? Ты же у нас лев! Вон всю спину тебе твоя львица расцарапала! А рогатая это здесь я!
Владислава шагнула в спальню и сразу прошла в гардероб.
– Что? Уже и вещички собираешь? – муж взвился, увидев, что Владислава выбирает одежду.
– А ты готов ехать в ЗАГС вот так? В спортивных штанах? Лично я не хочу в домашней одежде.
– Быстро же ты, Владислава, однако, готова слить в унитаз почти четверть века жизни! Сама нашла уже мне замену и теперь рада тому, что меня подловила, да?
– Вить, ты сам себя сдал с потрохами. Сказать, когда? – Владислава устало вздохнула.
– Ну-ка! Удиви меня! – муж оперся о дверной косяк и сложил руки на груди.
– Тебе перечислить все мелочи, что я заметила?
– А давай! Даже интересно! Влада-детектив! Вот смех-то! – желчно рассмеялся муж.
– Ты начал выключать свой телефон на ночь, стал вдруг ставить его на беззвучный режим и класть его экраном вниз, когда я рядом. Ты прав, я считала и считаю, что копаться в телефоне друг друга – это низко. Если ты вспомнишь, Витя, то я никогда не смотрела, кто тебе звонит, и чье имя высвечивается на экране твоего телефона. Потом у тебя появилась эта странная куртка молодежного фасона, футболки и толстовки из молодежной моды. Я так понимаю, что твоя львица моложе тебя и пытается таким образом сбросить твой возраст. Верной дорогой идет Дашулька, только вот на тебе это все смотрится смешно, уж извини! Я терпела ее приторные духи на твоих вещах, терпела твою холодность ко мне как к женщине, терпела твое вранье. Кстати, вчера сгорел ресторан, в котором ты «ужинал с деловыми партнерами». В новостях сообщили. Твоя спина, Витя, расцарапана и совершенно точно не горящими и падающими балками того самого ресторана – твоя одежда опять пахнет ее духами, а не гарью горящего ресторана. Не унижай себя и меня еще большим враньем, Витя: ресторан загорелся через час после твоего ухода из дома. Вы никак не могли покинуть его до начавшегося пожара. И знаешь, Вить, одно меня все-таки утешает.
– Да? И что же? – муж смотрел хмуро.
– То, что это все-таки женщина, а не Игорь, тот, что микроскоп.
– Все сказала? Молодец! Если ты так хочешь, то поехали! Только потом сама же приползешь мириться, как делала это всегда!
– Что? – Владислава замерла, боясь услышать дальше.
– Всю нашу жизнь, Влада, ты первая приходила мириться. Всегда! Ты не сможешь уже жить по-другому! Ты же никогда не работала, Владислава! Ты же не хочешь сказать, что то, чем ты там занимаешься с корявыми текстами каких-то идиотов, считающих себя гениальными авторами, это настоящая работа? – Виктор расхохотался. – Что ж, поехали! Посмотрим, сколько ты на этот раз продержишься, Ладенька!
Муж выплюнул ее имя, произнеся его как издевку. Так Владу называла только ее мама, и он это совершенно точно знал, выходит, что назвал он ее так намеренно, желая обидеть еще сильней…
