Существуют разные формы объединения людей в группы для выполнения сложных задач. Очевидно, что рабы и их хозяева в античной Греции, крестьяне и рыцари средневековых феодов, солдаты в армии Наполеона Бонапарта и учёные в исследовательских институтах 20 века имели разные правила взаимодействия. Для понимания оптимального пути развития общества необходимо осознавать, что возможные формы отношений внутри групп людей делятся на объединение через принуждение и объединение через согласие. При объединении людей через принуждение модель отношений группы содержит нежелательные побочные эффекты: раб желает сбежать от хозяина и быть свободным, крестьянин хочет сбежать от феодала и возделывать землю только для себя, принудительно призванный на службу солдат хочет вернуться домой и не подвергать свою жизнь постоянной опасности. Это приводит к снижению общей эффективности группы, ведь в то время как представители подчинённой её части тратят значительную часть своих сил не на полезный труд, а на поиск способов меньше работать или сбежать, представители доминирующей части вынуждены тратить своё время и материальные ресурсы на контроль подчинённых. При этом чем больше неравенство внутри группы и чем бедственнее положение подчинённой её части, тем больше в эту модель отношений приходится включать людей, которые вообще не трудятся непосредственно над основной задачей группы, а полностью посвящают свои силы надзору за подчинёнными. При высокой степени угнетения и неравенства также существует угроза, что подчинённая часть группы нападёт на доминирующую, и угнетателям приходится затрачивать ещё больше ресурсов, чтобы защитить собственную жизнь. В то же время при взаимодействии на основании добровольного соглашения напряжение отношений в группе отсутствует, и все её участники могут продуктивно трудиться на благо общего проекта, не затрачивая ресурсы на противостояние друг другу.
Однако не любая модель отношений, которая названа добровольным соглашением, действительно является таковой для всех членов группы. Заключение соглашения может происходить в условиях достаточного или недостаточного выбора для одной или обеих сторон; под достаточностью подразумевается наличие среди опций для выбора таких условий, которые вполне соответствуют биологической задаче человека и удовлетворят потребности стороны. Если выбор происходит в условиях недостаточного выбора, то полученные отношения, хотя внешне и выглядят добровольными, на самом деле заключаются под принуждением, только принуждение исходит либо от внешних природных условий, либо всё же от второй части группы, но не напрямую и неочевидным способом. Когда страдающая сторона таких отношений обнаруживает, что источником их лишений является другая часть группы, возникает противостояние как при прямом принуждении. Но даже если страдающая сторона всегда убеждена, что причина их лишений кроется в объективных условиях бытия, эффективность группы всё же снижается, ибо представители страдающей стороны испытывают стресс и не могут полноценно трудиться, а при первой возможности они выйдут из этого соглашения.
Когда энтузиасты археологии помогают друг другу при раскопках, когда математики увлечённо обсуждают возможные способы доказательства важной теоремы, когда команда людей дружно отталкивается ногами в одном направлении, играя в перетягивание каната, между ними нет вражды, и им не приходится затрачивать ресурсы на подавление и контроль друг друга. Такая форма отношений наиболее продуктивна, и общество будет развиваться наиболее быстро, если в нём будут учреждены отношения только на принципах объединения через согласие везде, где это возможно.
Очевидно, что экзистенциальное страдание не является единственным видом человеческих страданий. Болезни, конфликты, лишения и неудачи сопутствовали жизни людей во все времена. Поскольку биологическая задача заставляет каждого индивида в первую очередь заботиться о самом себе, а общественное благо воспринимать лишь как второстепенную цель, которая служит благу персональному, наличие значительных страданий в жизни человека неизбежно снижает его способность к сотрудничеству, делает его малопригодным членом коллектива и снижает коллективный синергический эффект. Это означает, что для полноценного развития общества все люди в нём должны быть избавлены от всех значительных страданий, оставляя только экзистенциальное. Требовать от страждущего человека, чтобы он ответственно выполнял коллективную задачу, означает отрицать объективное устройство бытия. Следовательно, каждый человек, который стремится к познанию мира и осознал связь общественного блага с персональным, должен всегда заботиться о том, чтобы все люди чувствовали себя благополучно. В разумном обществе активное желание помогать страждущим является неотъемлемой составляющей картины мира каждого человека.
