– Ты потянула меня обратно к жизни, – так, словно мы только что и не говорили о любви, продолжил Норд, – и это опустошило весь твой первый уровень. А до второго добраться ты не можешь… – По губам его скользнула мимолётная улыбка. – Без меня не можешь. А кот, на котором я зациклил нашу клятву, как раз был связан с этой магией.
– Точно! – подпрыгнула я. – Я тогда вспомнила об этом. Подумала, что мы связаны через Кляксу… И что, возможно, в котёнке остался резерв силы, чтобы спасти тебя. Ведь молчание о разбитом носе здесь совершенно ни при чём. Ты связал нас, чтобы наполнять мой резерв своей магией!
– Ты умница, – снова улыбнулся Норд. – Догадалась о том, о чём я поклялся молчать.
У меня сердце снова зашлось в быстром беге. Это он авансом мне сегодня столько улыбается? Если вспомнить, то после того, как он помирился с новой семьёй отца, Мардарий улыбается всё чаще и теплее.
– Когда ты отдала мне весь первый резерв через кота, – пояснил Норд, – то воспользовалась как раз той связкой. Получилась схема смерти и жизни. Парабола, которая выдернула в мир меня. В итоге на два её конца пришлось по одному из твоих уровней: один – мне, второй – тебе. А Клякса… Он словно та самая парабола, связывающая твои уровни, понимаешь?
У меня по спине прокатилась ледяная волна. Я медленно обернулась на заднее сидение, где сплетясь в восточный знак равновесия, спали два котёнка… Один! Мы до сих пор связаны, а эти странные существа – две проекции одного животного в нашем мире?!
Я озадаченно покачала головой и посмотрела на Норда.
– Честно говоря, страшновато думать об этом, – призналась я.
– Зато удобно, – хмыкнул Норд. – Я покажу тебе потом.
Всю оставшуюся дорогу я молчала, пытаясь осознать то, что произошло… И то, что это совершила я. Даже трудно сказать, что больше пугало.
У академии было не протолкнуться от лимузинов. Кажется, сегодня народу было в два раза больше, чем вчера. Я невольно схватилась за Норда и, пробираясь в толпе, спросила:
– Так всегда на финале?
– Маги знают, что это не только соревнования школ, – усмехнулся Норд. – Это революция, которая началась с одной маленькой Беды.
– Ну, конечно, – проворчала я. – Всегда я виновата!
Норд весело рассмеялся, и я покосилась на него с ещё большим ужасом. Маг всё больше походил на нормального человека.
Я прошептала:
– Знаешь, у меня ощущение, что тебя расколдовали… Словно твоё сердце было ледяным, а теперь оттаяло. Палки лохматые, я до смерти боюсь, что ты снова оледенеешь!
– С такой Бедой рядом? – хитро спросил Норд. – Да стоит лишь взглянуть на тебя и, кажется, даже льды на Северном полюсе тают!
В толпе я заметила Руфину. Девушка что-то проговорила женщине в строгом костюме и передала небольшой свёрток. На бумаге ярко алел какой-то герб… Я помахала и крикнула:
– Руфь! Иди сюда!
Руфина дёрнулась, словно от удара, но, помедлив, всё же направилась к нам. Норд посмотрел в другую сторону:
– Ага, вот где Сакс! Стой здесь, я скоро…
– Ну уж нет! – удержала я мага за рукав. – Ты обещал!
– Прямо сейчас? – нахмурился Норд. – Это не может подождать?
– Ты ещё вчера собирался, – напомнила я. – Не сделаешь сейчас, и завтра не станешь.
– Что? – мрачно спросила приблизившаяся Руфь.
– Норд хочет кое-что сказать, – подтолкнула я мага к девушке.
Чтобы не смущать их обоих, отошла на пару шагов. Чтобы не слышать слов, но следить за Мардарием. Иногда маг ведёт себя, как первоклашка! Может и сбежать, чтобы не делать того, что неприятно.
Норд хмурился, я видела, как шевелятся его губы. Увы, он не сказал и трёх слов… Надеюсь, среди них было хоть одно типа «сожалею», а лучше «прости»… Руфина побледнела и, развернувшись, неожиданно бросилась прочь. Я же побежала к Норду.
– Что случилось? Что ты такого сказал?
– Извинился, как ты и просила, – пожал маг плечами.
– Но тогда почему?..
Я обернулась вслед Руфине, а Норд буркнул:
– Женщины… Зря ты попросила это сделать.
– Не зря, – уверенно возразила я и улыбнулась: – Руфи просто нужно время. Ты сильно обидел её. Глупо было рассчитывать на мгновенное прощение.
– Вот вы где! – нашёл нас Гальего и вцепился мне в руку: – Беда, покажи ещё раз… то, что вчера показывала.
Я удивлённо посмотрела на мага. И где его лицемерная отстранённость и презрительное высокомерие? Бледный, под глазами тени, челюсть подрагивает. Ночь не спал? С трудом сдержав вопрос, почему он боится (Джиит мне этого слова не простит никогда), я просто кивнула и потянула мага в сторону.
Сакс лениво перекидывался кокетливыми взглядами со стайкой хихикающих девушек, Норд, скрестив руки на груди, хмурился, я показывала крайне сосредоточенному Гальего схемы. И тут к нам приблизилась группа людей. Я немедленно спрятала записи, а Норд закрыл меня собой. Вскинув подбородок, резко спросил:
– И что нужно… друзьям Велора от финалистов накануне боя? Неужели хотите рассказать о новых законопроектах, которые скоро вынесут на обсуждение совета директоров?
