А так как, далее, определенность есть положенная определенность и понятие объекта возвратилось к самому себе через опосредствование, то объект содержит определенность как рефлектированную в себя. Поэтому объекты в механическом процессе и сам этот процесс имеют теперь более определенное отношение. Они не просто разные, но и определенно различные между собой. Результат формального процесса, который, с одной стороны, есть лишенный определений покой, тем самым, с другой стороны, в силу рефлектированной в себя определенности, распределяет противоположность, свойственную вообще объекту, между многими механически относящимися друг к другу объектами. Объект, который, с одной стороны, лишен определений и ведет себя неподатливо и несамостоятельно, обладает, с другой стороны, самостоятельностью, непроницаемой для других [объектов]. Объекты имеют теперь и по отношению друг к другу эту более определенную противоположность между самостоятельной единичностью и несамостоятельной всеобщностью. - Различие можно более точно понимать как чисто количественное различие в величине массы тел или как различие интенсивности или [можно понимать его] различными другими способами. Вообще же это различие не следует фиксировать только в указанной абстрактности; обе [стороны противоположности] и как объекты положительно самостоятельны.
Первый момент этого реального процесса - это, как и ранее, чередование. Более слабое может быть охвачено и проникнуто более сильным лишь постольку, поскольку первое принимает его в себя и образует с ним одну сферу. Подобно тому как в сфере материального слабое защищено от несоразмерно сильного (так, свободно висящий в воздухе платок не пробивается ружейной пулей;
слабая органическая восприимчивость возбуждается не столько сильными, сколько слабыми раздражителями), так и совершенно слабый дух более защищен от сильного, нежели такой дух, который ближе к сильному духу; если представить себе нечто совсем глупое или неблагородное, то глубокий ум или благородство не могут произвести на него никакого впечатления; единственно действенное средство против разума-это совсем не связываться с ним. - Так как несамостоятельное не может слиться с самостоятельным и они не могут ничего передавать друг другу, то самостоятельное не может и оказывать какое-либо сопротивление, т. е. не может специфицировать для себя переданное вообще. - Если бы они не находились в одной сфере, то их соотношение друг с другом было бы бесконечным суждением (Urteil) и между ними был бы невозможен какой-либо процесс.
Сопротивление - это ближайший момент преодоления одного объекта другим, будучи начальным моментом распределения переданного всеобщего и полагания соотносящейся с собой отрицательности, [т. е.] подлежащей восстановлению единичности. Сопротивление преодолевается, поскольку его определенность не соразмерна переданному всеобщему, принятому объектом и долженствующему сингуляризироваться в нем. Относительная несамостоятельность объекта проявляется в том, что его единичность не способна вместить передаваемое и потому взрывается им, так как объект не может конституироваться в этом всеобщем как субъект, не может сделать его своим предикатом. - Насилие над объектом есть лишь с этой другой стороны нечто чуждое ему. Мощь (Macht) становится насилием оттого, что она, будучи объективной всеобщностью, тождественна с природой объекта, но ее определенность или отрицательность это не та его собственная отрицательная рефлексия в себя, согласно которой он единичен. Если отрицательность объекта в мощи не рефлектирует себя в себя и если мощь не есть его собственное соотношение с собой то она в отличие от этого соотношения есть лишь абстрактная отрицательность, проявление которой есть исчезновение.
Мощь как объективная всеобщность и как насилие над объектом есть то, что называют судьбой. Понятие судьбы относится к сфере механического, если судьбу называют слепой, т. е. если ее объективная всеобщность не познается субъектом в своем специфическом свойстве. - По этому поводу следует еще заметить, что судьба живого вообще - это род, который проявляется через 'бренность живых индивидов, свойственную им в их действительной единичности, а не как роду. Просто как объекты живые существа подобно остальным вещам, стоящим на низшей ступени, не имеют судьбы; все, что с ними происходит, случайность; но в своем понятии как объекты они внешни себе;
