Это обретение видимости есть тождество как тождество формы – единство возможности и действительности. Это единство есть, во-первых, становление, случайность как сфера возникновения и прехождения, ибо сообразное с определением непосредственности соотношение возможности и действительности есть непосредственное превращение их друг в друга как сущих, превращение каждого из них в свое иное как иное лишь для него. – Но так как бытие есть видимость, то их соотношение дано также как соотношение тождественных или обретающих видимость друг в друге, рефлексия. Движение акцидентальности представляет поэтому в каждом из своих моментов высвечивание категорий бытия и рефлективных определений сущности друг в друге. – Непосредственное нечто имеет некоторое содержание, его непосредственность есть в то же время рефлектированное безразличие к форме. Это содержание определенно, а так как эта определенность есть определенность бытия, то нечто переходит во что-то иное. Но качество есть и определенность рефлексии; оно, таким образом, безразличная разность. Но последняя одухотворяет себя (begeistet sich) так, что становится противоположением и возвращается в основание, которое есть ничто, но также рефлексия-в-себя. Рефлексия-в-себя снимает себя; но она сама есть рефлектированное в-себе-бытие, и как такое она возможность, а в своем переходе, который есть также рефлексия-в-себя, это в-себе-бытие есть необходимое действительное.
Это движение акцидентальности есть активность (Aktuosität) субстанции как спокойное появление ее самой. Она деятельна не по отношению к нечто, а лишь по отношению к себе как к простой, непротиводействующей стихии. Снятие чего-то предположенного – это исчезающая видимость; лишь в действии, снимающем непосредственное, возникает само это непосредственное, иначе говоря, имеется указанное высвечивание; начинать с самого себя – только лишь это означает полагать ту самость (dieses Selbst), с которой начинают.
Субстанция как это тождество высвечивания есть целокупность целого и охватывает собой акцидентальность, а акцидентальность – это вся субстанция сама. Различие ее, переходящее в простое тождество бытия и в смену акциденций в этом тождестве, есть одна из форм ее видимости. Простое тождество бытия есть лишенная формы субстанция представления, для которого видимость определилась не как видимость, но которое как за нечто абсолютное держится за такое неопределенное тождество, которое не имеет истинности и есть лишь определенность непосредственной действительности или также в-себе-бытия или возможности, – за те определения формы, которые относятся к акцидентальности.
Другое определение, смена акциденций, это – абсолютное единство формы акцидентальности, субстанция как абсолютная мощь (Macht). – Прехождение акциденции – это возвращение ее как действительности в себя как в свое в-себе-бытие или в свою возможность; но это ее в-себе-бытие само лишь положенность; поэтому оно также действительность, а так как эти определения формы в такой же мере суть определения содержания, то это возможное есть и по содержанию нечто иначе определенное действительное. Переводя возможное в действительность с ее содержанием, субстанция обнаруживает себя как созидательную мощь, а возвращая действительное в возможность, она обнаруживает себя как разрушительную мощь. Но и то и другое тождественно: созидание разрушает, разрушение созидает, ибо отрицательное и положительное, возможность и действительность абсолютно соединены в субстанциальной необходимости.
