Силан Давидович тоже с утра был в радужном настроении. Заснул он накануне, после тревожного дня, сразу, не имея причин для терзаний. Радиоактивности в городе не нашли, значит, можно избежать докладов наверх. Во сне Силан Давидович оказался на парусном корабле (отражение его детских мечтаний), юнгой. Море штормило, паруса рвало, и ветер гнал корабль на рифы. Рулевой растерялся и бросил штурвал. Юнга-Силан взял штурвал в свои руки, и повел корабль смело на рифы. "Куда ты, сопляк? - кричит ему боцман.- Разобьешь корабль!" Но у корабля вдруг вырастают крылья, и юнга-пилот сажает корабль, нет, уже не корабль, а самолет на широкую полосу современного аэропорта. Пассажиры аплодируют командиру-Силану, а самая грудастая стюардесса по имени Алиса оказывается с ним один на один в восточном будуаре. Ее горячее обнаженное тело возбуждает Силана... и он просыпается в своей широкой постели рядом с молодой женой, которая лукаво спрашивает: "С кем это ты во сне?". Ее маленьких пальчиков недостаточно, чтобы обхватить ствол могучего дуба, поднявшегося Эверестом под одеялом...Заботы о мнимой или реальной аварии возвратятся потом.
-------------------------------------------------------------
Удовлетворенная жена осталась понежиться в постели, а Силан взял трубку телефона:
- Доброе утро, господин мэр.
Господин мэр еще спал:
- А-а....Сейчас только полшестого. Что, плохие новости?
- Точнее, 5 часов 44 минуты... Значит, прошло 25 часов, т.е. более суток.
- И что из этого следует?
- А следует то, что предельный срок официального извещения федеральных властей и Ростехнадзора об аварии любого уровня на ядерной установке - одни сутки - истек. Мы о событии не сообщали, оттуда сигналов не было. Значит, и ядерной аварии не было.
- А Вы, господин директор, уверены, что не было неофициальных извещений? От зеленых, например, или других "несогласных"?
- Честно говоря, сомнения у меня есть относительно ФСБ.
- Что такое?
- Скажу при встрече, понимаете?
- Хорошо. Когда?
- По возвращению из аэропорта - еду встречать своего друга, выдающегося немецкого физика Гейгера.
- Он разве еще жив? Сколько же ему лет? (
- Это - однофамилец. Он моего возраста.
- Тогда счастливого пути и успехов совещания!
-------------------------------------------------------------
Когда Сергей проснулся, одеяло было откинуто с ног, и в комнате было прохладно. Сон оставил в памяти только постепенно проходящее чувство страха, а светящуюся надпись с цифрами Сергей вспомнить не мог..... только одну букву, почему-то греческого алфавита - первую букву "альфа"...и одно слово, висящее в пустоте - "КАМЕРА ╧"....
"Альфа, альфа... Да, конечно - это часть надписи, которая была на табло резервного пульта: "Повышенная альфа радиация .....в камере...". Паук с "французами" - все они напряглись, когда он упомянул об этом табло. ... Кстати, какая камера? Их много... Что с ней может быть связано? Надо начать танцевать от этой точки - другого у меня в кармане нет. Надо вспомнить номер камеры, надо... Кажется, именно к ней есть общий интерес Паука и Пьера. И почему те двое охраняли резервный пульт?"
В этот момент пришел "официант" с завтраком на подносе. Это был тот "француз", который первым набросился на Сергея в резервной.
"Эх, врубить бы тебе хорошенько, как Кутузов Наполеону" - вслух сказал Сергей. По реакции человека было понятно, что тот понял только слово Наполеон.
" Действительно, француз", - решил Сергей.
- Здесь есть
- Non, ce nest pas lа. (
- А жаль! Мерси боку!
Француз удалился, явно озадаченный.
Теперь картина представлялась более понятной: Было официально известно, что французская группа делает опыты с каким-то альфа активным изотопом то ли облучает его, то ли получает. Но место их работы на пучке, в экспериментальном зале. А похоже, что это происходит в другом месте и, вероятно, нелегально. И Сергею не следовало знать это. А потому и держат его здесь, а вовсе не как "диверсанта".
После этого открытия Сергей с аппетитом съел завтрак (впервые за два дня), и стал обдумывать свой предстоящий разговор с Пьером - он был уверен, что тот вскоре появится.
Пьер явился около полудня. Он был сосредоточен, и не шутил, как обычно. Разговор начал первым:
- Я хочу поговорить с вами откровенно, Сергей. Как вы думаете, почему вас здесь держат? Мне кажется, что вы не верите Пауку?
- Да, я не верю ему.
