Мне приходится сжимать кулаки, когда я слушаю, как он говорит обо мне так, как будто я ребёнок дошкольного возраста. Да, я согласен. Старый Рома приподнял бы край антикварного стола, за которым мы сидим, и отправил бы посуду в воздух, прежде чем вылететь из комнаты и уехать на маминой машине за сто тысяч долларов. Новый Рома, тот, что трахает его дочь, хладнокровен, спокоен и собран, — Я дума что это из-за того что с Катей мы поладили и сблизились.
На этот раз Катя кашляет сильнее, и Логинов посмотрел на нее, — Ты простудилась?
Мы с Кристиной сидим, свесив ноги с края причала, и смотрим, как организаторы вечеринок устанавливают палатки и принадлежности для помолвки на заднем дворе. Мой отец сказал, чтобы я это всё контролировала.
Словно по сигналу, Громов выходит на наш общий балкон в одних трусах-боксерах. Как будто он думает, что он модель, расхаживающий как павлин, не заботясь о людях во дворе.
Люди, которые останавливаются и пялятся.
Он делал одно и то же каждое утро в течение последних трех дней, стоя у моего окна, как будто я сейчас увижу его стояк и сойду с ума. Вчера он прижал его к стеклянной двери. Он пытается вывести меня из себя, и это определенно работает.
Кристина опускает солнцезащитные очки на кончик носа , — Он такой сексуальный, — говорит она, — Ты правда не видишь? С татуировками, и пирсингом сосков, и. . . черт, у него охрененная задница.
— Он отвратительная свинья, — говорю я, но мой тон не настолько убедителен, насколько я пытаюсь это сделать. Я не могу удержаться от того, как мои глаза блуждают по балкону, где он стоит, опираясь на перила и куря, солнечный свет блестит на его мускулистых руках и груди, — Кроме того, он курит.
Кристина пожимает плечами, — Я бы не возражала, — говорит она.
— Он высокомерный и невыносимый.
— Разве ты не говорила, что он прислал стилиста своей мамы, чтобы заменить твой гардероб? – спрашивает она, — Значит он не совсем сатана.
— Да, но… — я разочарованно стону. Я же не могу ей прямо в лоб сказать, что Дьявол там наверху, татуированный, с пирсингом, такой потрясающий в постели, что я не могу думать ни о чем, кроме его члена, поджег мой гребаный гардероб, потому что он хотел, чтобы я носила платья без трусиков.
— Он вроде. . . легендарный, когда дело доходит до траха, — говорит она.
— Кристина! — однако она права, у него есть такая репутация. Но что, черт возьми, я знаю о сексе? Я была только с Громовым. Может быть, он не единственный парень, который когда-либо будет так меня возбуждать.
Конечно, глядя на него там, на балконе, я просто думаю о том, как он берёт меня. Я сжимаю бедра вместе, разглаживая ткань юбки.
— Это одно из платьев, которые он тебе купил? — спрашивает Кристина.
Я закатываю глаза, — Да.
— Выглядит дорого.
— Я уверена, что так и есть.
Она пожимает плечами, — Может мне им заняться, а то я сейчас свободна.
— Что? Вы с тем парнем расстались? — она прыгает от одного к другому, так что я не могу вспомнить его имя.
— На прошлой неделе я застала его с другой.
— Что за мудак, — говорю я.
— Он был тупым, поэтому мне ни сколечки не жаль что мы расстались. В любом случае, сегодня вечером тебе нужно пойти на вечеринку. Твой папа и Милана уже вернулись?
Я качаю головой, — Ещё нет, они сказали что появятся только к помолвке.
— Тогда ты должна прийти, — говорит она. — И скажи Роме, чтобы тоже пришел.
— Он? – спрашиваю я, — Я так не думаю.
— Давай. Это будет весело. Это же Громов Рома. Тебя все девчонки будут боготворить, что привела его.
— Посмотрим, — а сама посмотрела на балкон, но его уже не было.
— Ты действительно собираешься пойти на настоящую вечеринку в реальной жизни? С выпивкой и парнями?
— Я же сказала хорошо, хорошо я иду .
— Ты никогда раньше не выходила из дома, — говорит она, — Я не могу в это поверить. Я не думала, что ты действительно пойдешь. Что на тебя нашло?
Что на меня нашло? Мои мысли сейчас о Громове. Горячее дыхание его на моем животе, его лицо опускалось ниже, пока теплая вода барабанила по нашим телам в душе. Мои губы обвились вокруг члена, соленый вкус его на моем языке.
Мне приходится несколько раз моргнуть, чтобы стереть образы в голове. Мне определенно нужно встретиться с кем-то еще, чтобы отвлечься от Ромы.
— Рома должен пойти с нами, — говорит подруга, прерывая мои мысли.
— Ты что, одержима им или что? – щелкаю я пальцами перед ней, — Никакого Громова.
— Ладно, никакого Громова, — говорит она, бросая на меня многозначительный косой взгляд, — Я не знала, что ты так его ненавидишь.
— Я не ненавижу его, — говорю я, — Он просто меня раздражает, вот и все. Я не хочу, чтобы он испортил мне вечер.
Она смеется, — Хорошо, - она поднимается на ноги, тянется взять меня за руку и поднять, — В десять вечера, хорошо? Я тебе напишу.
***
Кристина протягивает мне бокал, наполненный пивом, и указывает на свои уши, крича в ответ. Я не слышу ее, но могу читать по губам, — Я тебя не слышу!
