Ленни, он же один из придурков моего отца, сказал, что в тот день у тебя были неприятности. Я не знаю, в какую беду ты попал, но надеюсь, что теперь с тобой все в порядке. Папа почти ничего не рассказывает о тебе, кроме того, что ты на несколько лет старше, у тебя нет семьи, и поэтому он иногда прилетает в Нью-Йорк, чтобы повидаться с тобой. Чтобы ты не был одинок.
Мне очень грустно думать об этом, потому что никто не должен быть одинок, особенно в таком большом городе, как Нью-Йорк! Я всегда мечтала попасть туда, но знаю, что этого никогда не случится. Папа говорит, что самое безопасное место для меня — это Мичиган, где он и его люди могут присматривать за мной. Но если в Мичигане так безопасно, то почему я почти не выхожу из дома, разве что в школу? И почему мне нужно, чтобы его вонючки следовали за мной повсюду, куда бы я ни пошла?
У меня есть секрет, в котором я должна признаться… Несмотря на то, что у меня есть семья, иногда я чувствую себя так же, как и ты. Одинокой. Как будто я принцесса, запертая в башне и ждущая, когда кто-нибудь придет и спасет меня. Но знаешь что? Почему кто-то должен меня спасать? Я могу спасти себя и не хочу ждать, пока вырасту, чтобы доказать отцу, что я не нуждаюсь в его защите, и я могу жить нормально, как все другие девочки в школе…
Я никогда не признавалась в этом никому, даже своей лучшей подруге Тессе, и не знаю, почему я думаю, что письмо к тебе ответит на мои вопросы или вообще поможет как-то, но что-то подсказывает, что ты поймешь, о чем я говорю.
Я даже не знаю, как это письмо дойдет до тебя без ведома отца, но я просто чувствую, что тебе тоже не помешал бы друг. И вот я здесь.
Я положу это письмо внутрь…
Внезапно моя дверь распахивается, и в комнату врывается брат. Его глаза останавливаются на бумаге передо мной, и злой блеск появляется на его лице.
— Что это ты пишешь? — он пробирается в комнату и выдергивает у меня листок.
— Эй, отдай! — я вскакиваю, но он держит его высоко над головой, далеко от меня.
— Что это? Твое тайное любовное письмо?
— Нет!
Он все равно разрывает.
Обрывки моего письма рассыпаются, а брат раскидывает разорванные кусочки, как конфетти, падающее вокруг меня.
У меня замирает сердце, и на глаза наворачиваются слезы. Я чувствую себя глупо и немного жалко за то, что я вообще написала это.
Господи, о чем я только думала?
— Я ненавижу тебя! — кричу я, когда он, хихикая, выходит из моей комнаты, и я чувствую себя еще более одинокой, чем когда-либо прежде.
<p>ГЛАВА 6</p>Карсону семнадцать лет
— Ты до сих пор не хочешь переезжать в Мичиган? — начинает Винни, помешивая макароны на тарелке
Я мысленно вздыхаю.
— Так будет лучше, Вин.
— Для кого? Для тебя, Карсон?
— Для всех.
Его вилка звякает по столу.
— Тебе семнадцать лет, сынок. Ты не можешь вечно избегать других людей, кроме меня и Эллиота. Это неправильно — изолировать себя. Тебе нужна семья, Карсон.
— У меня есть все необходимое. Мама Эллиота относится ко мне, как ко второму сыну, у меня есть ты. Мне больше никто не нужен. Я в порядке.
— Но я могу быть рядом с тобой дольше, чем сейчас, Карсон. Ты становишься мужчиной. Просто поедем со мной в Мичиган…
— Нет, — перебиваю я.
Он растерянно смотрит на меня, почти сердито, как будто никто никогда не говорил ему этого раньше. Это заставляет меня быстро перефразировать сказанное.
