интрижки, но такой поступок был не в моем стиле. Для женщины, склонной к паранойе
вечного преследования, это неудивительно.
Но прошлая ночь с Ноем стоила того, чтобы изменить парочке своих правил. Я оперлась
на локоть и стала изучать его лицо. Парень безмятежно спал. Длинные ресницы
расползлись, как папоротниковый мостик между глазницей и скулой. Мышцы в плечах и
руках казались напряженными и твердыми даже во сне. Мне нравилось, что Ной выглядит
сильным и мощным, даже когда он не пытается таким быть. Ной – это просто Ной.
– Чертовски красивый мужчина, – пробормотал Харлоу.
– Похоже, он не серийный убийца, – неохотно согласился Уотсон.
Решив, что я должна перестать как дура пялиться на парня, вылезла из постели, стараясь
не разбудить его. Поверх темного комода из клена валялись джинсы, бюстгальтер и майка, сложенные аккуратно, и было приятно, что он подумал это сделать. Интересно, как долго
Ной не спал после того, как я отрубилась? Надеюсь, я не храпела.
Я молча оделась и пошла в ванную комнату, чтобы умыться и почистить зубы с капелькой
зубной пасты и ватной палочкой, которую стащила из контейнера на столешнице. Затем
зашла на кухню и порылась в шкафчиках, пока не нашла кофе и кофеварку, которая
оказалась благословенно идентична той, что была у меня дома, - не нужно исследовать
инструкцию.
С заверенным кофе я протопала к холодильнику и взяла несколько замороженных ягод
черники из пакета, который заметила раньше. Согрела их в своей ладони, осматривая
кухню. Она производила впечатление опрятности и белизны благодаря ряду аккуратно
расположенных чугунных сковородок на одной стене и яркому окну, выходящему на
лиственную осину во дворе, - на другом. Птицы щебетали с ветвей, а мое сердце
согрелось, когда я рассмотрела изогнутую каменную купальню для птиц под окном.
Интересно, это сделал Ной? И тут же представила, как его руки работают над камнем. Две
синички барахтались и дергались в неглубокой чаше, а моя голова была занята образами
больших ладоней Ноя, обхватывающих стеатит. Прежде чем я отдала себе в этом отчет,
мою кожу стало покалывать от воспоминаний прикосновений этих рук.
Вытащив себя из грез, заметила, что сплющила чернику в кашу. Повернулась в сторону
зала и босиком прошла к комнате, где на полу стоял террариум. Там не было признаков
движения, и мне почти не хотелось тормошить Бартоломью в его уютном гнездышке.
– Проснись и пой, приятель, – проговорила, хоти и не двинулась к клетке. – Может быть, ты не против завтрака в постель?
Внутри перевернутой коробочки от мыла, которую Ной превратил в хижину для грызуна, ничего не изменилось, и меня это вполне устроило. Эта тишина дала шанс моему взгляду
побродить по комнате и рассмотреть детали, которые я не заметила вчера. Вот книжная
полка, набитая ветхими детективными романами. Некоторых авторов я узнала: Билл
Кэмерон, Кендра Эллиот, Ли Чайлд. Улыбнулась, понимая, что у нас с Ноем одинаковые
предпочтения. Сразу представила, как мы сворачиваемся калачиком на противоположных
концах дивана, а наши ноги натыкаются друг на друга под общим одеялом, пока мы
переворачиваем страницы в мерцающем свете камина.
Мой взгляд сместился на аккуратный стол из клена с обычными канцелярскими
принадлежностями: держателем ручек, степлером, удивительно аккуратным ящичком для
писем. На компьютере вращалась заставка звездного созвездия, и я замерла от мысли
подвигать мышкой.
– Пошпионь немного, – предложил Уотсон.
– Так нельзя, – отговаривал Харлоу. – Нам нравится этот парень. Очень нравится.
Игнорируя их обоих, я отвернулась от компьютера и продолжила изучение комнаты. На
углу стола стояла гранитная ваза с гербарием, а рядом фотография жениха и невесты.
Невеста блистает в богемном кружевном платье, которое обнажало ее руки с
татуировками сцен из «Там, где живут чудовища». Ее темные волосы были собраны
вверху так, что тонкие спадающие локоны обрамляли прекрасное лицо.
Я так увлеклась изучением невесты, что мне понадобилась секунда, чтобы разобраться с
женихом. Когда я это сделала, весь воздух покинул мои легкие. Как будто кто-то высосал
их досуха вакуумом. Это был он, Ной.
Ной в смокинге, сияя, обнимает невесту и улыбается ей своими ямочками.
– Лекси.
Я развернулась при звуке его голоса. Ной стоял позади меня в красных боксерах, на лице
– удивление. Я открыла рот, чтобы что-то сказать, но понятия не имела, что именно.
Он наблюдал за мной, затем его взгляд упал на то, что я только что увидела. То, что хочу
развидеть. Когда он снова поднял на меня взгляд, его глаза были полны чувства вины.
– Мне очень жаль, – проговорил он хриплым голосом. – Я не хотел, чтобы ты узнала об
этом вот так.
Мое горло сжалось и пересохло, в то время как надежда сморщилась в груди, словно
изюм. Потому что он ничего не отрицал. На самом деле, нет смысла отрицать.
– Я не... – я остановилась, не зная, к чему это предложение. – Как ты мог...
Господи. Как вообще реагировать на такое?
Ной покачал головой.
– Я знаю. Знаю. Ты доверяла мне, и очевидно, что я облажался. Прости меня, Лекси.
Я снова покачала головой, чтобы не разрыдаться, - под веками собирались слезы.
