На завтрак в нашей «Дзете» сегодня в меню был омлет и поджаренная на сковороде колбаса. Сестрички Воркот весело перешептывались, и бросали на меня озорные и, я бы даже сказал, плотоядные взгляды. Кантемир тоже выглядел в непривычном для меня приподнятом расположении духа, он что-то весёлое рассказывал сосредоточенному на еде Грише Баярдовичу. А «Винтик» и «Шпунтик», прикрутив колёса к старому проржавевшему дуршлагу, теперь перед походом в академию планировали эту дырявую самоходку испытать во дворе дома. Только Дарья была сама не своя. Она хмуро поковыряла вилкой омлет и, отодвинув его в сторону, налила себе в кружку горячий растворимый кофе. Суженый жених действовал на нашу командиршу угнетающе. Кстати, сам граф Зотов младший убежал в академию гораздо раньше нашего завтрака.
– Кому ещё колбасы? – спросил я, бросив ещё три кружка на шипящую сковороду.
Признаться честно, готовить мне понравилось не сразу. Сначала взяться за «кулинарную книгу» заставила учёба вдали от дома. А потом я стал замечать, что когда что-то режешь, варишь, паришь и жаришь, хорошо думается. Вот и сейчас моя голова работала как компьютер, и сейчас я был просто уверен, что вчера стал свидетелем не случайно смерти Немира Гамаюна. Это было самое настоящее убийство. И действовал Гамаюн, находясь под гипнозом, потому что студен 4-го курса не мог так глупо облапошиться.
– А я смотрю, что охота наших бестий удалась, однако? – шепнул мне на ухо Гриша Баярдович. – Положи мне ещё два кружочка, вдобавок, – он поставил свою пустую тарелку рядом с плитой. – А ты знаешь, что личная гвардия короля состоит исключительно из одних бестий?
– Да? – удивился я, перевернув колбасные кружочки на другую сторону. – И почему так?
– Потому что они сильные, быстрые, хорошие волшебницы, кроме того некоторые родственницы способны мысленно переговариваться на большом расстоянии, однако, – прошептал Гриша. – Но самое главное, что бестий, которые дадут клятву верности, перекупить невозможно, вдобавок.
– Значит, теперь я за себя спокоен, – улыбнулся я, переложив поджаренные колбаски на тарелку.
«Вот теперь мне на самом деле толи пора радоваться, толи пора паниковать, – подумал я и поймал на себе влюблённый взгляд Таисии и примерно таки же взгляды её симпатичных сестричек. – Пока буду радоваться, а потом жизнь покажет».
***
На подходе к главному корпусу академии, на поляне, где мы вчера обедали, наблюдалось самое настоящее столпотворение студентов. Рядом с нашим маленьким прудиком приземлился воздухоплав, который от земного дирижабля отличался гораздо более скромными размерами ёмкости для газа. И это говорило о том, что местная атмосфера имела более высокую плотность, что значительно упрощало создание любых летательных аппаратов. А около воздухоплава ректор Самарий Спитамович беседовал с очень тучным гражданином в дорогом деловом костюме из белого сукна.
– Это банкир Боливаров, – шепнула мне Тая, с которой мы шли, держась за руки. – Прилетел из столицы за своим сыном дураком.
– Давно пора, – шепнул я.
А ректор академии, завидев нашу дружную компанию из 11-и человек, помахал мне рукой, подзывая к себе. Я тяжело вздохнул, подумав, что разговор опять пойдёт о смерти Немира Гамаюна, но нарисовав на лице улыбку, пошёл в сторону воздухоплава. И сначала за мной, словно телохранители, двинулись сестрички Воркот, а потом и все остальные.
– Познакомьтесь, Семён Сократович, это наш студент из Навьего мира - Арсений Ермаков, – представил меня ректор банкиру.
– Неужели из другого мира? – усмехнулся Боливаров старший, пожав мою руку. – А так по внешнему виду и не скажешь, что он не нашенский, ха-ха.
– Убил Вия и в первый же день выиграл матч по эпискиросу у сильной команды, – проворчала Дарья.
– Да-да, – закивал головой Самарий Спитанович, – послезавтра полуфинальная игра на Кубок Короля хотим Арсения поставить в ворота против ваших столичных «Витязей».
– Ха-ха-ха, – громко загоготал банкир, – бесполезное дело. Хоть всех студентов разом поставьте в рамку, проиграете без шансов, ха-ха-ха. Между прочим сам король на матч прилетит.
– В нашем мире есть такая поговорка, что не говори «гоп», пока не перескочишь, – сказала я, а сам подумал: «Ничего себе новость! Меня уже заявили на важнейшую игру, без меня меня женили. Весело день начинается».
– Годная поговорка, – кивнул банкир. – Может ты ещё подскажешь, где мне искать своего обалдуя?
– Я бы на вашем месте заглянул в заведение мадам Баварлиной, где-то в районе речного порта, – хмыкнул я.
И уже было я направился на первую пару, как ректор, извинившись перед банкиром Боливаровым, который застыл с перекошенным и удивленным лицом, приобнял меня за плечи, отвёл в сторону и тихо сказал:
– Сюда прибыл сыщик королевской полиции Маккей Персеев. Он будет расследовать дело о гибели нашего студента, по которому ты проходишь как свидетель. Поэтому через четыре дня, как я обещал, мы по закону не имеем права переправлять тебя через портал.
– Что и следовало ожидать, – буркнул я и мысленно добавил: «Вот тебе и мотив убийства Немира Гамаюна. И теперь я влип по уши».