– Доброгода, а меня ты узнаешь? – спросил я девушку, которая выглядела значительно старше своих 24-х лет. – Ты вчера встретила меня, привязав башмак к голове. Башмак-то свой помнишь? Я из этого, Навьего мира. Случайно к вам провалился.
– Отойди! Отойди! Демон! Демон! – перепугалась она ещё сильнее и вжалась в стену.
– Как ты считаешь, Арс, что мы сейчас здесь такое увидели? – спросила меня Кассандра, взяв под руку.
В отсутствии Таисии, которая убежала за помощью, эта девушка отвечала за мою личную безопасность. Сестрички вообще весь вечер действовали так, словно находились на войсковой операции.
– У нас иногда глупые дети от безделья вызывают на кладбище «пиковую даму», – буркнул я, почесав затылок. – Поэтому я думаю, что наш сосед Гамаюн вместо «дамы пик» вызвал дымного демона. У нас сегодня был урок по этой магрибской магии и там профессор Доидор Тарсийкий рассказал, что ихние дикие маги, чтобы увеличить свою мощь привязывают к себе помощника из астрала.
– Привязать к себе дымного демона - это самоубийство, – высказалась самая миниатюрная из сестричек Воркот, Сабрина.
– А вдруг он хотел посадить его в лампу? – протараторила Тристана, которая отличалась от сестёр светло-пепельным цветом волос. – Помните, нам папа рассказывал сказку, как магрибский маг Алладин посадил дымного демона в лампу и выпускал его по приказу, потерев бок этой лампы?
– Лампа-лампа? – пролепетал я и снова вернулся к трупу бедняги Немира.
Но никакой посудины рядом с ним не лежало. Тогда я сжал зубы, так как не люблю трогать тела покойников, перевернул тело нашего бывшего соседа на спину и увидел, что лампа всё это время покоилась под ним. Точнее говоря, это был такой миниатюрный продолговатый кувшинчик, в который раньше наливали горючую жидкость и поджигали фитилёк.
– Руками ничего не трогать! – прогудел грозный голос ректора Самария Спитамовича.
Он в компании доктора магической медицины Патрикия Мар-Аба и профессора физкультуры Альфия Бурини вышел к заброшенной крепости, а из-за их спин выглядывала встревоженная за моё драгоценное здоровье Таисия Воркот.
– Что здесь произошло? – спросил доктор Мар-Аба.
– Доброгода сошла с ума, – ответил я, кивнув в сторону, сжавшийся в клубок девушки. – А Немир начитался сказок об «Али-Бабе и сорока разбойниках», то есть о «Лампе Алладина», вызвал сюда джина, то есть дымного демона и умер от разрыва сердечной мышцы. Лампа вон, книга магии Магриба тоже рядом. Нужно родственникам позвонить, ну и сообщить куда у вас здесь следует.
– А вы что здесь делали? – пробасил Альфий Бурини, бросив короткий взгляд на дерзкие и вызывающие мини юбки девчонок.
– Звезды считали, – пробурчал я. – Нам сегодня профессор Клео Тихоновна задала «домашку» - насчитать хотя бы штук сто.
– Не к добру это, не к добру, – произнёс, тяжело вздохнув ректора академии магии и волшебства.
***
В гостиной «Дзеты», когда мы вернулись с прогулки, проведённой под местными яркими золотыми звёздами, собрались все кто не помер и не сошёл с ума за исключением пьяницы Сёмки Боливарова. Банкирский сынок, отлежавшись у себя в мансардной комнате, снова куда-то усвистал. И что-то мне подсказывало, что Сёмка намылился в заведение мадам Баварлиной, куда его всё ещё пускали в долг. Зато вместо отпрыска знатного банкира у нас в гостях появился отпрыск первого министра королевства Денис Зотов. Широкоплечий среднего роста и уже с небольшим брюшком 27-летний сын графа Зотова важно расхаживал по гостиной и живописал, что завтра в нашей академии произойдёт.
– Во-первых, сюда прилетит сыщик королевской полиции Маккей Персеев и перевернёт всю деловую документацию верх дном, – сказал он, многозначительно посмотрев на Дарью, как бы давая ей понять, что он персона близкая к самому королю. – Во-вторых, вашего ректора вызовут в столицу и потребуют подробнейших объяснений. Ибо сегодня как никогда ценна жизнь каждого волшебника.
– Потому что завтра эти жизни потребуются для неких великих целей? – спросил я и, встав с кресла, прошёл к нашей электроплите и поставил на неё чайник. Так как мне сейчас больше всего хотелось выпить кофе, съесть бутерброд и лечь спать.
– А хоть бы и так! – неприятно рявкнул напыщенный графский сынок. – Что ты, путник, имеешь против великих целей?
– Всё, абсолютно всё, – прошипел я, сдерживаясь из последних сил, чтобы не запустить прожигающую искру в ягодичную мышцу этого болвана. – Сегодня погиб наш товарищ Немир Гамаюн. Он сам по своей воле совершил необдуманный поступок, за что и поплатился. А завтра в каждой академии магии будут рассказывать об этой трагедии и оградят от глупости множество молодых волшебников. Следовательно, смерть Немира была ненапрасной. А что касается жертв за некие великие цели, которые потом растают как пыль, и на которых кое-кто заработает огромные деньги, то ушедших в мир иной чародеев на завтра почти и не вспомнят. В лучшем случае их будут поминать скопом раз в году и всё.