В поисках своего друга — сумасшедшего изобретателя, доктора Эммета Брауна, Марти Макфлай отправляется в 1885-й год на Дикий Запад, чтобы изменить ход истории и уберечь своего друга от предательского выстрела в спину.Это путешествие едва не становится роковым для самого Марти…
Оставлять доктора Брауна лежащим на мокром асфальте было бы непредусмотрительно, и Марти погрузил тяжелое неподатливое тело в машину. Спустя несколько мгновений за доком последовала парящая доска и сам Марти. Белый «шевроле» под мелкими моросящими каплями медленно покатился по пустой улице, мимо здания мэрии, часы на котором замерли на четырех минутах одиннадцатого.
Марти остановил машину во дворе дома Брауна и, подгибаясь под тяжестью, перетащил доктора внутрь. Он стащил с великого изобретателя мокрый плащ, пиджак и обувь, а самого Брауна уложил на кровать в углу. Туда же, в ноги хозяина, спустя несколько минут приплелся маленький лохматый щенок.
Марти разжег камин, на полке которого стояли портреты Томаса Алвы Эдисона и Бенджамина Франклина, и развесил над огнем все мокрые вещи. Туда же он поставил сушиться обувь. Промокшее послание из прошлого века Марти аккуратно развернул и уложил на каминной полке рядом с портретами великих экспериментаторов. Потом он подтащил поближе к огню кресло и уселся перед камином, пытаясь согреться после длительного пребывания под дождем. Промокшую доску парнишка сунул под босые ноги. Укрывшись сверху теплым шотландским пледом, он закрыл глаза и мгновенно уснул.
Когда кукушка на стенных часах известила о том, что уже семь часов утра, телевизор в комнате Брауна включился автоматически. Шла воскресная детская программа.
Лежавший на постели Браун открыл глаза и, безумно осмотрев потолок над головой, вскочил. Озираясь по сторонам, он спрыгнул на пол и подбежал к включенному телевизору.
— Который час, дети? — жизнерадостно спросил ведущий телепередачи.
Браун, выпучив глаза, посмотрел на экран и пробормотал:
— А действительно, который час?
— Седьмой! — дружно ответили дети.
Браун удивленно оглянулся и сверился со стенными часами. Убедившись в том, что его не обманули, док выключил телевизор и в полутьме подбежал к столику у окна. По дороге он едва не столкнулся с креслом, в котором спал Марти, но не обратил внимания ни на развешанную перед камином одежду, ни на спящего мальчишку. Док снял крышку с допотопного магнитофона в тяжелом пластмассовом корпусе, схватил лежавший рядом микрофон и нажал на кнопку «пуск». Безумно сверкая глазами, он стал наговаривать на магнитофон сбивчивую и местами невнятную речь.
— Я — доктор Браун. Сегодня тринадцатое ноября 1955 года, воскресенье. Сейчас семь часов одна минута утра. Вчерашний эксперимент по перемещению во времени увенчался успехом. Ровно в десять часов четыре минуты я отправил молодого человека по имени Марти Макфлай в будущее в машине времени. Машина исчезла, оставив за собой только два огненных следа. Судя по всему, Марти и машина времени были перенесены на тридцать лет вперед, в 1985 год. А после этого… — тут доктор умолк и стал ерошить свои стоявшие дыбом волосы. — …Что же было?.. Я… я не помню, что произошло со мной… Может быть, такие огромные потоки электрической энергии привели к нарушению нормального функционирования моего головного мозга?
Разбуженный шумом за спиной, Марти проснулся. Он стащил с себя плед и, протирая заспанные глаза, поднялся с кресла. Камин давно погас, и зола в нем остыла еще ночью. Марти пощупал просохшую одежду, затем снял с каминной полки листок бумаги, испещренный размашистыми буквами. Читая письмо, он поплелся к столу у окна, где спиной к нему док начитывал на магнитофон свои мысли.
— Я ничего не помню с того момента, когда исчезла машина времени, — продолжал доктор. — Ну конечно! У меня просто временная потеря памяти после соприкосновения с таким количеством энергии. Да, теперь вспомнил! Потом мне приснилось, будто Марти вернулся назад, из будущего. Очевидно, это какой-то остаточный…
— Док! — позвал его Марти, останавливаясь рядом со столом.
— А-а-а! — заверещал доктор, роняя микрофон и пятясь, словно рак, к камину.
По пути он наступил ногой на парящую доску, поскользнулся и грохнулся спиной на пианино, стоявшее рядом с камином. Марти подбежал к нему и попытался помочь доку встать.
— Успокойтесь, это же я, Марти!
Браун вскочил и, отмахиваясь, словно от привидения, стал пятиться к двери в углу комнаты.
— Уйди! Это не можешь быть ты! Я же вчера отправил тебя назад, в будущее!
— Док! Я еще раз повторяю — я вернулся назад из будущего! Неужели вы ничего не помните? Я же вас на машине домой привез вчера вечером.
Браун открыл дверь в ванную, забежал туда и через маленькую щель прокричал:
— Нет, нет! Я даже слушать ничего не хочу! Этого просто не может быть!
После этого он захлопнул дверь, в которую стал отчаянно барабанить Марти.
— Док, но я здесь! И я вернулся сюда, чтобы вы помогли мне вернуться в 1885 год, потому что я должен достать оттуда вас! Ну, то есть… э-э… ну, не вас нынешнего, а вас другого, который был в будущем, а туда, в прошлое, в 1885 год, попал случайно, потому что молния ударила в машину времени!
