Я понял, что они уже здесь, потому что испытал не свои чувства – как и предупреждал Ю. Это была тягостная минута. Острое разочарование. Черное горе. Едкая злость на самого себя – на свою слишком уж радужную надежду. Боль от знания, что предстоит разочаровать еще многих. Попытка отогнать мысль о том, что подвел свою расу…
– Можешь ничего не объяснять, – сказал я.
Ю не ответил.
Я вышел из игры. Посидел немного сложа руки. Ю по- прежнему отмалчивался. Я воспринимал его присутствие и смутно слышал, как он старается изолировать меня от своих негативных эмоций.
– Эй, – сказал я. – Может, тебе лучше поделиться? Может, станет легче, если ты объяснишь? Ты как там?
На душе у меня занехорошело, и чувство это было мое.
Все равно что утешать кого-то по телефону. Отвратительное занятие. Когда можешь помочь, только произнося слова, все слова сразу становятся фальшивыми.
– Они от нас не в восторге, – печально сказал Ю.
– Если я правильно понял – это еще мягко сказано.
– Ну да…
– Что случилось? Это вообще можно объяснить в человеческих понятиях? Или мне лучше не допытываться?.. Ю, черт тебя дери, я могу тебе хоть как-то помочь?!
– Сейчас, – сказал Ю. – Попробую сформулировать.
– Ага.
Пока я ждал ответа, Ю закапсулировался так, как не капсулировался даже в самом начале нашего знакомства. Я не слышал от него вообще никакого отклика, кроме простого подтверждения, что он есть.
– Понимаешь, они похожи на нас, – сказал Ю. – Мы так рвались сюда именно потому, что хотели наконец-то встретить расу, похожую на нас.
– Понимаю. Мы на Земле долго мечтали о таком.
– И они правда похожи на нас, – повторил Ю. – Конечно, они другие. Но те же исходные принципы. Они даже способны к диффузии. Это как… Для вас – это как похожая сексуальная жизнь.
– Ого. – Я неловко улыбнулся. – А в чем проблема?
– Мы попытаемся еще раз. Немного позже. Сейчас мы очень устали.
– Что?
– Извини. Я плохо соображаю. Я посплю. Потом. Когда успокоюсь. Матвей.
– Что?
Мне стало его жалко. Проклятый внутренний телефон. Проклятая бестелесность. Другу плохо, а ты можешь только болтать языком.
– Матвей, тебя не затруднит, что я неточно выражаюсь? Я хотел бы рассказать, но мысли путаются.
– Не затруднит.
– Да… У вас есть концепция заразных идей. В безопасном виде это мемы. Но есть и опасные виды. Мы – в гораздо большей степени разум, чем тело. Они тоже. Для нас и для них эти заразные идеи… ощущаются… более физическими… вещественными… реальными.
– И поэтому более опасными, – догадался я.
– Да. Судя по всему, они страдают от этой заразы больше, чем мы. Но есть еще… кое-что. У них сформировалось что-то вроде ментального панциря из фрагментов переработанных заразных идей. Он – часть их ментального кода. У вас… тоже есть аналог, физический. В вашем генетическом коде есть фрагменты древних вирусов.
– Я понимаю.
– Ментальные панцири очень сложные. – Мне показалось, что Ю вздохнул, насколько вообще может вздохнуть кри. – Они не полностью интегрированные, частично живые. Они слишком динамичны, а сами эти разумные менее динамичны, чем мы. Панцири во многом управляют ими. Как твой значок.
Я моргнул. Потом вспомнил.
– А‑а. Мозговой слизень.
– Это еще не самое плохое. В общей ментальности… разум-пространстве… как это у вас? Ноосфере?..
– Ноосфера – это другое. Не важно. Я все равно понял.
– В их общей разум-сфере-подключении-присутствии есть свободные заразные фрагменты. Но это не так, как у вас эпидемии-организмы. Это больше как… черти? Религии? Религия, которая сама является богом. Или негатив-богом.
– С ума сойти.
– Вот именно, – откликнулся Ю, и я на мгновение ощутил рядом с собой прежнего Ю, веселого и уверенного в себе. От сердца чуть отлегло.
– Погоди, – сказал я. – Начинаю догадываться. Вас там случайно не приняли за компанию таких фрагментов?
– Нет. Но близко. Матвей, я в точности не объясню. Не вижу аналогов совсем.
Я поколебался. Я сознавал, что ассоциации неправомерны. Человеку не постичь до конца тонкости мышления кри и им подобных существ. Но стоило Ю обмолвиться о религиях, и мне начало казаться, что я кое-что понял.
– Религиозные войны? – вслух подумал я. – Идеологическое противостояние? И вот приходите вы, приносите еще какие-то идеи, а они лишние и никому не по вкусу.
– Тоже близко. Но есть еще… культурные образы, традиционные методы восприятия и оценки… И мы попали в негативную область. Из-за этого все.
– Ясно, – сказал я.
Мне действительно многое представлялось ясным.
– Мы попробуем что-то с этим сделать, – сказал Ю. – Переместиться в более благоприятную область. Хейс уверен, что это возможно. Но сначала надо отдохнуть.
Я улыбнулся.
– Добрых снов, Ю.
