– Черт! – выругался я на мамин манер. – Быстрее домой, у меня, похоже, переход последний начинается!
Мы буквально смерчем неслись к дворцу Арэнков. Я старался не потеряться в лихорадке, сотрясавшей мое тело. На ходу отправил вестник в Кристальный и отцу. На подлете увидел встречавшую нас многочисленную толпу – будущие шаазы Байли и еще одна из бывших отщепенок рода Арэнк приготовились «взрослеть», вернее, белеть вместе со мной. Отец с дедом, мама, бабушка, Ленка – мои нежно обожаемые женщины слишком явно переживали, наблюдая, как мы приземляемся на дворцовую террасу.
Дальше толпа дружно ринулась к нам, а Кико спряталась за мою спину. Так много белокрылых она наверняка даже по телевидению не видела, вот и испугалась.
Прижал ее к своему боку и уже с трудом представил:
– Моя жена и истинная пара Кико Маилия из триста шестьдесят первого! Она будет рядом всегда!
– Какая лапочка! – с восторгом выдохнули мама с сестрой, позволив мне облегченно выдохнуть.
– Она такая… хрупкая, – с сомнением выдала Амила.
Ну, от бабушки даже и не ждал другого.
– Быстро внутрь! – скомандовал дед, как обычно, выделив самое важное и продолжая привычно распоряжаться во дворце: – Становитесь в круг, делаем купол!
– Милая, сядь рядом с Мишкой, а то скоро будет… немного больно, – приуменьшил неотвратимые последствия папа, чтобы не пугать мою девочку заранее. А вот родственницам уже более резко добавил: – Шаа, шевелитесь быстрее.
Отбелить подругу Байли мама попросила недавно, когда та встретила свою истинную пару в лице наследника рода Одэко из шестого шаазата. А до этого Байли вполне устраивали ее светло-серые крылья. Но эрат Одэко едва не умолял невестку помочь ее новому дому не потерять статус рода в Совете Девяти, для будущих детей умолял.
Еще через осколок начался полноценный переход, и я уже не мог думать, зато каждой частичкой своего тела «хорошо» ощущал, как магия перестраивает меня, ломая и перемалывая. Только бы выжить нам с Кико. Я не могу потерять ту, без которой больше нет смысла жить!
О лары, ощущение, будто по мне всю ночь скакала Ленка, как делала лет в пять, пытаясь вовлечь в свои игры. Ох, пожалуй, не одна скакала, а с подружками. Тело ломило, в горле першило, словно вдобавок я не меньше суток орал по пьяни песни в таверне, втираясь в доверие к хеджанам. Но стоило мозгам прочиститься, в мыслях блеснуло яркой вспышкой имя – Кико! Я со стоном пошевелился, ощутил, что обнажен до пояса, и сразу нащупал тонкую, изящную руку. Довольно выдохнул, почувствовав рядом родную до боли, любимую женщину, и услышал веселый, сочувствующий мамин голос:
– Все хорошо, сынок, Кико рядышком лежит. Скоро совсем полегчает!
Сначала я повернул голову и убедился: да, лежит моя девочка! В белой рубашке Кико походит на ледяную статую. Лицо бледное, безмятежное, ресницы, брови и волосы сверкают снежной белизной, только ярко-розовые чувственные губы и теплая рука в моей ладони дают знать, что она, к счастью, живая.
– Получилось! – просипел я, оборачиваясь к маме.
За ее спиной стоял отец и с мрачным выражением лица, предвещавшим тяжелый разговор, смотрел на меня. Я невольно поморщился. Отец понял верно: от нашей беседы ждать хорошего нечего. А мама, как и в предыдущие три раза, решила, что ее мальчик страдает, подалась вперед и, прижимаясь к моему боку большим животом, где растет новая сестричка, обняв мое лицо ладонями, щедро поделилась энергией, буквально оживляя и ласково приговаривая:
– Больно, да? Бедняжечка моя. Мишенька, родной, что же ты так затянул, едва-едва успели вас куполом накрыть…
– Я думал хоть чему-то научил тебя, Михаил, – прервал наши сюси-пуси отец. – О чем ты думал? Надо было сразу, как узнал, что девочка твоя истинная, в охапку и под охраной во дворец тащить проводить обряд, как твой папа, а ты? Ты понимаешь, что Кико могли убить?
Было нестерпимо стыдно осознавать, что отец прав. А я заигрался чужими чувствами, своими и…
– Никто не знал, кто я такой!
– А ты бы не хотел узнать, что тебя любят не за богатство и положение? Пожить как простой парень, а не первый наследник шаазата Арэнк… Ему всего двадцать два, кровь играет, а тут чувства… – тихонько поддержала меня мама, с мольбой посмотрев отцу в глаза.
– Мама!.. – я поперхнулся, еще бы мальчишкой при всех назвала.
– Я хотел и узнал, – возразил ледяной Йелли Арэнк, каким его знает весь мир. – Но другими способами! Не рискуя и…
– Ха-ха-ха! – иронично выдала мама, машинально погладив свой большой живот. – Нас на вторую ночь чуть не убили, а потом еще и еще раз. От судьбы не уйдешь! Поэтому лучше просто жить и наслаждаться тем, что тебе дано! А Мишке повезло, он вон – в двадцать два любовь встретил.
– Шардис сегодня же проведем, до заката, времени еще много, успеют очнуться! – непререкаемо заявил отец. – Если кто-то узнает, что Михаил Арэнк украл девчонку из низшего шаазата…
– Повторяю, никто не знает, что Мих Всезнающий и Михаил Арэнк – одно лицо! – рыкнул я, подумал и добавил: – Только Шиай и Рриван в курсе, но они мои лучшие друзья.
У отца глаза сверкнули и несколько снежинок по полу завертелось.
