– Хочу кое-то проверить, – добавил кадет, странно глядя на него. Оглянулся, террасу уже скрыли кусты гортензии, вдруг обхватил его за шею, наклонился и впился в губы. Ба-бах! Будто наковальня шарахнула по макушке. Мальчишка вытаращил глаза. Губы обхватили, всосали, и… сердце вдруг отдалось болью, тоской… Ноющей, нудной… как тогда, на ристалище. Резко пришел в себя и с силой вырвался, оттолкнув незадачливого повесу:
– Мозгами тронулся?!
Парень глубоко дышал, глядя на Лана. Мальчишка тщательно вытер губы и зло посмотрел на «суженого»:
– С головой тю-тю!?
– У нас с тобой связь, – неожиданно выдал кадет.
– Да хоть тысяча связей! – не мог успокоиться мальчишка. Его только что зацеловали, как бабу, а он… глаза вылупил, как идиот.
– Такое очень редко, сегодня, – не согласился Олав. – Мы как бы… – сделал пасс рукой, подбирая слова, – предназначены друг другу. Понимаешь?
Мальчишка застыл, разинув рот. Он это серьезно?
– А еще… – продолжил гость, вдруг усмехнувшись и пробежавшись по Лани, снизу доверху, – ты станешь отпадной цыпой!
Цыпа? Снова ощущение театра, какой-то липкой нереальности. Какая к бесам цыпа!! До боли хотелось ущипнуть себя и проснуться.
А кто?
Чертово платье, ветерок, обдувающий горячий лоб, покачивающий сережки в ушах…
– Я еще вчера был парнем, – хрипло сказал, с трудом сглотнув. – И сейчас еще…
– Уже почти незаметно, – «успокоил» кандидат в женихи, глядя на него. – Мне кажется, ты станешь замечательной невестой.
– Я не невеста!!
– Правда?
Четыреста бесов льют испражнения на голову. Что на это ответить?! Что?!
Лан?!
– Я еще парень, – просто тихо напомнил, еще раз вытирая губы. – Неужели не противно?
– Да забудь уже эту хрень! – не выдержал кадет. – Посмотри на себя, какой к бесам парень?!
Шах и мат.
– Молодежь! – донеслось с террасы.
У калитки сыто урчал до блеска начищенными медными боками дорогущий автомобиль. Лан косился вдоль улицы, не дай бог кто увидит…
Ты уже жениха провожаешь, Лан!! Смысл в прятках?
«Ты уверен?» – чуть слышно донеслось из-за дверцы, прежде чем чудо инженерной мысли тронулось в путь. «На все сто. У меня с ней связь» «Невероятно. Будто одно лицо…»
Старый майер был доволен. Радостно потирал руки, глядя вслед клубам дыма. Впервые ободряюще похлопал по плечу, обтянутому голубым батистом:
– Тебе крупно повезло! – потряс толстым пальцем с золотым перстнем, специально нахлобученным ради встречи. – Завтра продолжай в том же духе, и все у тебя будет в ажуре!
– Завтра? – поразился мальчишка.
А он мечтал зарыться поглубже, подальше от всех, кто смотрит, дышит, и издает звуки…
– Господин лорд приглашает тебя завтра к себе в поместье, – поделился новостью довольный отец, глядя на сына так, будто тот должен немедленно счастливо взвизгнуть и захлопать в ладоши. – Постарайся быть поласковей с парнем. От этого зависит твоя судьба.
Казалось, старый маг уже напрочь забыл, что у него еще пару дней назад был сын. Или не хотел грузить себе голову. А мальчишка снова ощутил, как в груди ширится бездонная пропасть.
Поздно ночью закрыл за собой дверь спальни, прошлепал босыми пятками в кладовую, и достал с верхней полки смертадох. Яд. Сильный. Им смазывают наконечники стрел, когда ходят на крупного зверя. И еще, травят крыс. Боль будет невыносимой. Вывернет наизнанку. Но лучше минута, чем потом вся жизнь.
Аккуратно спустился вниз, по вытертым ступеням в подвал. Здесь, в круглом зале, обложенном гранитом с барельефами старых богов, тускло светился Аллой. Камень рода. Святая святых. Сила и защита семьи. Когда-то его принесли сюда первый раз, когда он еще был маленьким сопливым свертком на руках матери, сколько воды утекло…
«Что я сделал не так, покровитель смертных? – воззрился в лицо Крома, верховного божества, творца мира. – Я трус? Проклят? Недостоин быть мужчиной? Стоял и смотрел, и в уголках глаз дрожали мелкие соленые бусинки. Никогда не страдал недостатком ума, и прекрасно знал, что в окружении хватает мальчишек, которые ничуть не храбрее его.
За что?!
Камень молчал. Боги не ответят. Им мало дела до воззваний одиноких отчаявшихся душ. К ним взывают народы, цари, жрецы, властители. Кто хоть раз слышал ответ?
Сердце стучит, как колокол. За что?!
Будьте вы прокляты, боги. Вам нужна боль, а не людское счастье.
Сзади что-то зашуршало, от неожиданности вздрогнул, выпустив пузырек… У барельефа Иккры шмыгнула здоровенная наглая крыса. Склянка хлопнулась о пол, разлетевшись на мелкие осколки. Мальчишка несколько секунд растерянно смотрел на мокрое пятно под ногами, радостно впитываемое сухим камнем… затем упал на колени, и впервые за долгие годы разрыдался.
Может, это просто сон? Кошмар? Может, он просто спит? И утром проснется, от яркого солнышка, заглядывающего в окно? И вздохнет с глубоким облегчением, стирая из памяти остатки ночных страхов…
