Мы почти чужие, и все же страшно за него.
— Единственная опасность, которая мне угрожает, это острая нехватка кофе в организме. — Быстро целует этот гад. — И нехватка тебя. В постели.
— Ты вообще можешь быть серьезным? — Расплываюсь по сиденью после поцелуя.
— Мне кажется, ночью я несколько раз показал и доказал, какой я серьезный. Или надо еще?
— Кто о чем, а ты о сексе!
Никогда не понимала привычку некоторых людей закатывать глаза, а сейчас сама не могу удержаться. Из всех мужчин на планете мне достался самый озабоченный. Сексуальный гигант с таким же гигантским эго.
— Вряд ли тебе это будет интересно. — Словно прочел мою мысль, майор вдруг становится серьезным. — Моя новая цель серийный убийца. Урод уже семь лет охотится за женщинами. Четыре эпизода в Москве. Три здесь.
— Это маньяк? — По телу ползет холодок.
— У нас не любят это слово.
— Он… Он их насилует? — Не знаю, зачем я спрашиваю. Егор был прав, не стоило интересоваться.
— Этот ублюдок получает удовольствие от другого. — На щеках майора проступают желваки. — Он избивает своих жертв. Мучает их до смерти. А затем клеймит.
— Что?..
Мой шрам между лопаток вспыхивает огнем.
— Ставит клеймо. Скорее всего, раскаленным перстнем. Точно мы пока не выяснили. Это теория криминалистов.
— А где? — голосовые связки не слушаются. Улочки Питера сливаются перед глазами в размытое пятно. За ребрами тишина.
— Где… — думая о чем-то своем, повторяет Егор. И тут же убивает меня ответом. — На спине. Между лопаток.
До самого дома Алены я ломаю голову над тем, зачем в столичном управлении скрыли смерть следователя.
Да, возможно, сердечный приступ не имел никакого отношения к делу. Я даже готов поверить, что мужик действительно умер своей смертью, и не было никаких новых улик на маньяка. Но глухарь и мертвый следак — слишком подозрительный комплект, о котором просто обязаны были указать в деле.
Высаживая Алену, я прикидываю, кого первого допрошу на этот счет, и сколько голов снесет «обрадованный» Сыровский. Но стоит на миг отвлечься от дел и потянуться к своей сладкой жрице, она пулей вылетает из машины и, не прощаясь, несется к подъезду.
Странное поведение для той, которая полночи спала у меня на плече. Так и хочется вернуть дуреху на исходную и потребовать уйти по-человечески — с контрольным потискиванием попки и поцелуями в верхние полушария. Однако внезапный телефонный звонок пускает под откос все планы.
От злости я уже хочу рявкнуть в трубку: «Какого лешего?». К счастью, успеваю посмотреть на номер.
— Демид? — Не верю своей удаче.
— Звонил? — доносится хрипловатый, будто простуженный голос.
— До Белого дома дозвониться проще, чем до тебя.
Привычно оглядываюсь по сторонам. Вроде бы никого лишнего.
— Был занят.
Я догадываюсь, чем мог быть занят один из самых разыскиваемых авторитетов города, но сейчас это не мои проблемы.
— Тогда я тебя еще немного займу, — сразу перехожу к делу. — Нужно найти одну тачку. Ее угнали несколько дней назад и, вероятно, уже разобрали на запчасти.
— Тачку? А разве искать не твоя работа?
Похоже, за эти дни не только я понял, кто есть кто, и собрал полезную информацию.
— Моя, Волков, — называю его по фамилии. — Но, думаю, мы сможем друг другу помочь.
— Не уверен, что мне нужна ментовская помощь.
— Многие так считают. До поры до времени.
— И что же ты предложишь? Браслеты и казенный дом? — усмехается этот умник.
— Ходят слухи… Говорят, ты кое-кому сильно мешаешь.
— Все кому-то мешают.
Демид зевает. Со звуком. Точь-в-точь как моя жрица, когда в три ночи я предложил ей бодрящий минет.
— Это да. Только не на каждого оформляют заказ.
— А не сказочник ли ты, мент?
— Сказочник знает имена заказчиков и, если кто-то найдет тачку, сдаст имя исполнителя.
Есть все же плюсы в моей работе. Иногда случайно взятая шестерка способна нашептать много полезного сразу по нескольким делам.
— Даже так? — Волков хмыкает и замолкает.
Понимая, что наживка проглочена, я тоже не спешу.
Кинув прощальный взгляд на окна Аленки, неспешно выруливаю из ее дворика. Смотрю по навигатору, как без пробок добраться до отделения. И пытаюсь вспомнить, остались ли еще в конторском холодильнике собачьи котлеты.
По поводу Демида не парюсь вообще. Если Волкову дорога жизнь, скоро у меня будет адрес машины. А с ним — новая информация о маньяке и, возможно, отпечатки.
— Все об угоне сбросишь на адрес, который я сейчас пришлю, — спустя минуту молчания произносит Демид.
— Через час данные будут у тебя.
— Имена заказчиков тоже можешь сбросить.
— Не доверяешь?
— Доверчивых хоронят первыми, а у меня еще планы.
— Это да, — выруливаю на проспект. — Будет тебе полный список тех, кто заказал. А когда вышлешь сведения о тачке, будет и контакт исполнителя.
Нужный файл уже готов. Без лишних вводных и имен. Ничего такого, чтобы подпадало под гриф секретности. Осталось лишь добраться до рабочего места и для безопасности переслать все через несколько адресов.
— Ну, тогда бывай, мент. — У Волкова, походу, тоже хватает своих дел.
