— Лариса, я не отдам Катю! — Торг проигран, потому перехожу к плану «Б». Выключаю на хрен всю дипломатию. — Она останется здесь, хочешь ты или нет.
— Приказываешь?! Мне?! — У бывшей глаза лезут из орбит.
— Если не нравится, сядешь на голые алименты. Без доплат и подарков. Коммуналку тоже сама будешь оплачивать. Хоть узнаешь, сколько эта конура обходится мне ежемесячно!
— Ты! Ты! Ты… не посмеешь! — Она пятится к двери.
— Ради Кати еще как посмею.
Любому нормальному человеку хватило бы моих аргументов об опасности. Ненормальному хватило бы угроз. Но с моей бывшей не срабатывает ни то, ни другое.
— Катя, мы уезжаем. Вещи можешь не собирать. У нас дома есть все, что нужно! — с этими словами Лариса вылетает из кабинета и бежит к дочке.
— Никто никуда не поедет! — перекрикиваю эту дуру.
— Папа хочет забрать тебя у меня. — Лариса приземляется на колени рядом с нашей девочкой. — Он хочет, чтобы ты жила с этой тетей и забыла маму, — несет какую-то чушь.
— Ну почему с тобой вечно все через одно место? — цежу сквозь зубы.
— Он запрещает мне видеться с тобой, — захлебываясь новым потоком слез, произносит Лариса.
— Нет… — Дочка тоненько всхлипывает.
— Милая… — Сердце рвется от ее недоверия. — Я ни за что не стал бы разлучать тебя с мамой, — пытаюсь вразумить хотя бы свою малышку.
— Мама, не оставляй меня. — Вцепившись в рукав маминого платья, Катя ревет и медленно идет за Ларисой.
— Родная, я клянусь тебе… — Хочется открутить Ларисе голову за испуганный взгляд любимых глаз. — Это неправда.
Однако меня уже никто не слышит. Катя и бывшая жмутся друг к другу, топая к двери. И даже мелкий Ромео с протянутой игрушкой не способен переключить на себя внимание Джульетты.
— Это какой-то кошмар. — Алена обнимает со спины, когда щелкает замок.
— Мягко сказано. — Сжимаю и разжимаю кулаки.
— Ты ей сказал, что сейчас опасно? — жрица гладит меня по груди.
— Ей бесполезно что-то говорить. Она никогда не работала, а теперь боится, что я оставлю ее без денег. — Накрываю ее руки своими. — Но ничего. Завтра заберу дочку назад. Лариса наиграется и устанет.
— А если…
Алена не договаривает. Впрочем, и я и сам догадываюсь, что она боится произнести.
— За ними тоже присмотрят, — успокаиваю ее. — Сейчас свяжусь, с кем нужно. Все будут под охраной.
У меня давно нет никакого доверия к бывшей жене, потому сразу после ее отъезда прошу знакомых парней из частной охраны присмотреть за этой буйной бабенкой и моей дочкой.
Разговор занимает буквально пять минут. Почти все работники фирмы — бывшие оперативники или следаки. Им нет необходимости объяснять, что именно нужно делать и чего ждать от маньяка.
Только убедившись, что за всеми присмотрят, я еду в отделение. Проверяю по дороге свою электронную почту. Отправляю должок Демиду Волкову — имя стрелка, которому заплатили за его голову. И уже возле работы забегаю на минуту в магазин за топливом — упаковкой дешевого растворимого кофе и несколькими бутылками колы.
Как говорят у нас в отделении: «Можно обмануть совесть, но задницу не проведешь!» Сейчас задница подсказывает, что о сне на ближайшие пару суток можно забыть.
Вместо потискивания одной сладкой попки и сопения на ушко, придется мотаться по городу, опрашивать всяких мудаков и кое-как на «топливе» доживать до следующего вечера.
В целом дело привычное. Собачья работа с собачьим режимом. Однако в этот раз еще и с максимальными ставками.
Будто мало мне на сегодня головомойки от Ларисы, в кабинете поджидают не только Байкал со Смагиным, но еще и полкан. Подозрительно бодрый, в кителе, с начищенными до блеска звездами на погонах.
— Честь бабам будешь отдавать! — командует он, стоит мне приставить ладонь к виску. — Докладывай, давай! Как докатился до такой жизни, что жены маньяков сами на тебя выходят?
Демонстрируя крайнюю степень заинтересованности, Санпалыч складывает руки на груди и коротко кивает.
— В клубе одном встретились. Она официанткой подрабатывала.
— Хорошо работала, если ты ее с сыном к себе забрал. — Полкан, как обычно, знает больше, чем ему положено.
— Обстоятельства к делу не относятся. — Водружаю на стол колу и кофе.
— Не кипишуй, майор! Я к тебе в кровать не лезу. Вы там как-нибудь сами. Кхе… Без меня кувыркайтесь. — Ухмыляется. — Но то, что ты одним местом нам главную свидетельницу раздобыл… Первую за все годы поиска этого урода! Это, конечно, умение! Я бы даже сказал, талант.
— Хуевый… — говорю под нос.
— Жаль, в качестве нового метода расследования такое не запатентуешь.
Санпалыч хлопает меня по плечу и перемигивается с Байкалом, словно они закадычные друзья или единомышленники.
— Нам бы еще Попова поймать для начала. — Включаю компьютер.
— Касательно Попова новости у меня для тебя не самые хорошие, — прикрыв дверь, переходит к делу Сыровский. — Не простой он боец. И клуб у него не самый обычный.
Я тут же вспоминаю намеки отца и рассказ Аленки о подпольных боях.
