Уходить свекровь не торопилась, даже когда добрая половина торта была съедена. Истинная цель ее прихода прояснилась через полчаса, когда к Герману пришел физиотерапевт и увел того заниматься.
— Еще раз выражаю свои соболезнования, — начала она с любезностей. — Это огромная для нас всех потеря, но, вижу, ты неплохо держишься.
Алиса так не считала — с утра ей уже дважды звонила мать, один звонок был от брата. Заодно выяснилось, что после ее отъезда из Москвы вечером к ним нагрянули отцовские сослуживцы. Пашка не знал, о чем они толковали с матерью, сама же мама Алисе ничего не рассказала.
— Очень много всего навалилось, разных бытовых… неурядиц…
— Надеюсь, все уладится! — быстренько свернула разговор Софья Андреевна. — Я не просто так пригласила вчера ребят к Герману. Ему пора возвращаться к своей привычной жизни, его ждут в компании. Его компании.
Свекровь особенно выделила последнюю фразу и выжидательно посмотрела на невестку.
Алиса вежливо улыбнулась и положила себе еще кусочек торта.
— Будете, Софья Андреевна? — поинтересовалась Алиса, словно не слышала тираду о “его компании”. — Очень вкусно.
Та покачала головой. А Алиса принялась медленно есть.
Вчера, точнее уже сегодня под утро, когда они с Германом уставшие лежали на смятых простынях, Литвинов рассказал об их проекте. И пусть было темно, но Алиса видела, как светилось лицо мужа. Чат-бот не просто выстрелил, он сумел войти в тройку самых популярных сервисов в своем сегменте. Правда, пока платные опции еще не запустили, настоящий успех можно будет определить только, когда люди начнут покупать услуги.
— Герман сейчас занят своим чат-ботом, — наконец ответила Алиса свекрови. — И потом, он еще далек от своей идеальной формы, быстро утомляется…
— Чем быстрее мой сын окунется в свою привычную жизнь, тем быстрее восстановится, — оборвала Софья Андреевна. — Ты же не хочешь его держать все время у своей юбки? Яна вот держала и чем это закончилось? Он стал ей изменять.
Алиса вспыхнула. Да когда уже Ольховская исчезнет?! Зачем вообще их сравнивать?!
— Я не хотела тебя обидеть, — тут же поправилась свекровь. — Теперь для Германа — ты — главная женщина, я же вижу, что он влюблен в тебя. Этот чат-бот, конечно, хорошее дело, Гера у меня очень умный мальчик, но у нас семейный бизнес. Всегда подразумевалось, что однажды компания перейдет к моему сыну… В общем, подумай, — она спешно засобиралась, едва услышала голос Германа. — Мы обе его очень любим, так что нам лучше дружить, дорогая.
И ушла.
Алиса не стала лезть с советами к Герману, и дело даже было не в ее неприятии свекрови. Просто она видела как радуется Литвинов, как все свободное время сидит перед компьютером, как запирается в комнате с “двумя из ларца”, которые оказались толковыми разработчиками, чего от них никто не ожидал. Кроме Германа.
Да и на саму Алису навалилось куча дел — следующий месяц она разбиралась с завещанием отца, своей работой, с выселением тетки и ее семейства из родительской квартиры. Тут правда, почти все сделали за нее — приехали какие-то хмурые дяди из Москвы и по сути поставили Алису перед фактом: нужно было принять квартиру после родственников. Она когда зашла, так и ахнула. Больше ее не беспокоили, сказали прийти через месяц, когда “ваша тетя сделает здесь ремонт”.
Мать с братом пока оставались в Москве, ждали, когда квартира будет готова к их возвращению, а все остальное было “не телефонным разговором”. Да Алиса и не настаивала. Она мечтала вернуться работать в свой центр, потому что… потому что пора было вспомнить о себе.
Наверное, Алиса отложила бы работу до весны, но эту идею ей подкинула Нина, с которой они наконец-то смогли лично встретиться.
И вот, почти через месяц после возвращения они как и раньше сидели вместе в кафе фитнес-центра, пили травяной чай и болтали.
— Я так соскучилась! Нина, если бы ты только знала! Жалко, что Вася сегодня не работает. Так бы и затискала его!
— А муж как? — улыбнулась подруга. — Он у тебя ревнивый парень, я помню. Рада, что у вас все наладилось.
— Он же тебе не нравился! — вскинулась Алиса. — Ты сама говорила, что то, что он сделал…
— Люди меняются, — задумчиво произнесла Нина. — То, что он чудом выжил не могло его не изменить...
— Я не знаю! — Алиса, наконец, выдохнула то, что больше всего ее волновало. — Понимаешь, когда мы вместе, я вижу, что он другой, он никогда ко мне так не относился, не смотрел на меня так… он очень нежный и заботливый, но иногда… иногда мне кажется, что люди не меняются и он всегда будет тем Германом, который приволок эту суку Яну в нашу постель!
Нина закашлялась от смеха.
— Надо же! Не помню, чтобы ты эту девицу называла “сукой”. Ну, смотри, есть и правда, расхожее мнение, что люди не меняются, характер формируется до пяти лет и все такое прочее. Но вот тебе пример, исторический, можно сказать. Ты ведь читала “Недоросля” Фонвизина?
— Разумеется! — фыркнула Алиса. — Это же школьная программа!
— А знаешь, кто стал прототипом Митрофанушки? И кем он потом стал?
— Нет, — Алиса заинтересованно улыбнулась. — Расскажи.
