Я стою, словно чего-то жду. Но этого не происходит - он в скором времени обходит меня, слегка задевая плечом, а потом я слышу только его гулкие шаги. Я же, проклиная себя последними словами, бегу снова к Светке. Она открывает мне с бигудями на голове.
- Чего так долго? - недовольно вопрошает соседка, закидывая в рот бутерброд. - Тебе по лифту три секунды доехать.
- Да так... встретила кое-кого, - слова слетают с языка тяжело, и я ещё долго хочу вернуть их назад, когда вхожу в квартиру. Здесь, как и всегда, царит беспорядок - Светка художник. Её мать что-то орёт из дальней комнаты, а девушка отвечает:
- Да это Тайка, мам!
Мы идём на маленькую кухоньку. Я сажусь на грязный стул, предварительно оттряхнув его от крошек. Мне слегка неловко. Я прячу глаза от проницательного взгляда соседки. Мне кажется, она видит меня насквозь. И эту тупую боль, и эту невозможность вдохнуть без безысходности. Мои руки сами собой сжимаются в кулаки и разжимаются.
Светка следит за этим с какой-то жёсткой ухмылкой, что заставляет меня втянуть голову в плечи.
- Случайно не того сладкого мальчика-криминала ты встретила? - спрашивает она едко, а потом глядит прямо в глаза.
Я закусываю губу, силясь сдержать слёзы. Неужели она не понимает, что мне сейчас и так плохо? Зачем она нагнетает? Я хочу ответить что-то, но из горла вырывается какой-то писк, а потом хрип. А потом я опускаю голову, устыдившись самой себя. Рыба безмолвная!
Светка видит это и, кажется, слегка смягчается. Она тяжело вздыхает, забарабанив пальцами по такому же грязному столу. Потом заваривает чай и сует мне в руки горячую чашку. Я шиплю, когда кожу обжигает.
- Я же тебе говорила всё, что о нём думаю, - жёстко рубит Света, внимательно следя за моей реакцией. И не зря - слёзы у меня уже на подходе.
- Я слышала, - отвечаю, сделав маленький глоток, чтобы не обжечься.
- Тогда какого чёрта, прости? - вспылила соседка, вскочив с места. Я наблюдаю за этим безучастно. Она слегка успокаивается и снова садится на место, пригладив волосы. - И это не просто слова, соседка. Не просто бредни какой-то завистливой подруги, которая тайком хочет увести у тебя парня, обсирая его тебе в лицо. Я вижу, какой он. И это тебе не в пользу, Тай. Он не из тех плохишей, которые на поверку оказываются ванильными влюблёнными щенками. Он даже не плохой... просто безалаберный. У него ещё ветер в жопе гуляет. Подумай, тебе это надо? Ещё и судимости... тебе это ни о чём не говорит?
Я упрямо сжала губы. Да всё я знаю - хочется мне закричать. Всё я понимаю. Не маленькая уже.
- Сердцу не прикажешь, - цежу сквозь зубы. Я и не понимаю, почему вдруг так разозлилась. У меня зачесались руки дать Светке по лицу. Я прикрыла глаза, пытаясь успокоиться. Бесполезно. - А если серьёзно, Свет, хватит лезть в мою голову, пожалуйста. Хватит учить меня тому, о чём сама понятия не имеешь. Ты не знаешь его так, как я.
Что-то в последнее время много психологов развелось.
- Поразительно, она его ещё и защищает, - пробормотала Света и закатила глаза, скрестив руки на груди. А потом вызывающе посмотрела на меня. - И насколько хорошо ты его знаешь? Что ты о нём знаешь вообще? Вы нормально разговаривали хоть раз?
Я тут же вскочила с места, не в силах сдерживать пожар внутри. Я дышала шумно, как загнанная олениха. Светка... да о чём она говорит вообще? В моей голове её ядовитые слова не укладывались, а ещё почему-то кололо так противно внутри. Больно, чёрт возьми.
- С меня довольно, - сказала я ломающимся голосом. - Зачем ты со мной так поступаешь? Почему пытаешься сделать меня несчастной, когда я впервые в жизни...
- Что? - Светка с интересом смотрела на меня. - Хочешь сказать, ты счастлива?
А была ли я счастливой?
Очевидно, ответа у меня не было, и я вылетела из её квартиры. Сбегать от всего в моей жизни становится привычкой. Только слёз сейчас почему-то не было. Мне хотелось что угодно, только не плакать. Хотелось найти Игната, поцеловать...
Но больше мне хотелось просто свернуться калачиком и спрятаться от всего этого враждебного мира в своей кроватке.
Но домой нельзя, там мать. Поэтому я сама не заметила, как меня снова принесло к его квартире. Что за чертовщина? Я опять и опять возвращаюсь к нему. В бессилии я прислонилась спиной к холодной двери. Куртку я забыла у Светки, а сейчас дрожала, как осиновый лист. В нос ударил запах чего-то горького, щиплющего, и я неожиданно расплакалась, сползая по стенке.
Ни черта я не была счастливой. На языке я чувствовала не вкус свободы, а чего-то другого, нестерпимо сладкого, приторного. Мне хотелось больше, больше, ещё, но у меня постоянно отбирали мой наркотик. Я словно опьянела, раскачиваясь на пятках и размазывая горячие, но быстро замерзающие слёзы по щекам.
Дура-дура-дура. А ведь Светка права. Я не знала его. Совсем. Зачем я его защищала? Зачем я наговорила всех этих глупостей из мыльных опер? Зачем я вела себя так после того, как он поступил?
Зачем я вообще всё ещё чувствую это после всего? Почему мне так хочется окунаться и окунаться в этот омут, запутываясь всё больше в сетях, как золотая рыбка?