Не будите мертвеца полностью

Миссис Кент со спокойной душой открывает дверь для горы полотенец. Она произносит: «Войдите». Он переступает порог и опускает полотенца, и она успевает взглянуть ему в лицо, прежде чем он делает то, ради чего пришел. Он не смог бы ударить ее в затылок, как проделал это с Родни. Она его знала.

Но самое главное, он должен был найти браслет. Что потребовало, как мы уже решили раньше, тщательного обыска номера. Чтобы оградить себя от возможных помех, он спешно выставляет за дверь пару туфель (то есть то, что он счел парой) и вешает на дверь табличку: «Не беспокоить». На нем все те же старые перчатки, которые он надел перед убийством Родни. Только он никак не может найти браслет! Он натыкается на ключ от номера и прикарманивает всю мелочь, какую находит в сумочке; он не вор (на это он теперь напирает особо, несколько даже исступленно), и он не желает остальных ее денег. Однако он по-прежнему не может отыскать браслет, ему попадается лишь украшение миссис Джопли-Данн. Между прочим, знаете, что он сделал с тем браслетом потом? Выбросил в сточную канаву из одной только злобы, доказывая, что характер даже самого альтруистичного из убийц не без причуд.

Следующим пунктом отметьте себе, насколько техника этого преступления повторяет первое. И снова Беллоуз, хотя и по куда более веским причинам, не может понять, что лучшее – враг хорошего. Он убежден, что нужного ему браслета в номере нет. Однако же он едва не сходит с ума от нерешительности. В какой-то момент он наконец покидает номер – и забирает с собой ключ от семьсот седьмого, – поскольку знает, что уйдет не дальше кладовки; и он возвращается обратно. Он колеблется точно так же, как колебался здесь. Только там ему нельзя мешкать слишком долго, иначе он упустит последний поезд. Он возвращается в номер, чтобы бросить еще один, последний взгляд. Чертовка провела его даже теперь, когда она мертва. Да где же, ради самого Сатаны, этот браслет? Желая поглумиться над ней, как он представлял себе это раньше, он берет табличку «Не беспокоить» и пишет на ней «покойница» красной ручкой, которую нашел в дорожном сундуке. Оставив ключ в двери, он наконец уходит.

Доктор Фелл сделал глубокий сиплый вдох и отложил в сторону свою потухшую сигару.

– Что ж, о плане нашей кампании вы могли уже догадаться. Если наши подозрения насчет Беллоуза были верны, нам уже хватило бы доказательств, чтобы вынести приговор. Однако он был бы осужден наверняка и без всяких оговорок, если бы нам удалось еще разок выманить его из камеры в полицейском мундире. Я предусмотрительно воспользовался возможностью, когда беседовал с ним в участке, не позволяя Хэдли вставить ни слова возражения. Было сложно, потому что нервы у Беллоуза совсем расходились: он не пил уже две недели, как будто действительно сидел под замком, не имея возможности выйти. Причина в том, что выйти он мог только вечером, когда уходит охрана, и к тому времени, когда он добрался бы до ближайшего паба, где его не знают, паб уже закрылся бы, подчиняясь нашим прекрасным законам.

Я решительно дал ему понять, что уверен в его невиновности. Я изложил ему свою притянутую за уши теорию, будто он всего лишь «свидетель». Его настолько изумила эта свежая идея, что на минуту он лишился душевного равновесия и даже не сумел подхватить мысль, – поверьте, я в тот момент выругался про себя. Когда он опасливо согласился со мной, было уже слишком поздно. Главное для меня было каким-то образом ввернуть в разговор упоминание о пропавшем браслете, не вызывая при этом подозрений. Наконец я подобрался к теме, высказав совершенно дикую догадку, что «призрачный служащий» нес что-то на серебряном подносе в «Четырех дверях». Я не смог бы продвинуться дальше, не выдав это за достоверный факт. Как вы помните, когда мы уходили, я вернулся и еще поговорил с ним. Я сказал, у нас имеется одно доказательство, которое покойная миссис Кент считала важным: браслет; я описал его и спросил Беллоуза, не мог ли принести браслет одетый в синюю униформу призрак. Он ответил отрицательно. Я сказал, задумчиво пожимая плечами (хотя, боюсь, степень задумчивости можно было бы оценить только с помощью сейсмографа), что мы собираемся отправить браслет на экспертизу и показать его нескольким свидетелям, и прибавил, что мисс Форбс сохранит пока браслет у себя.