Ариэль отвела взгляд от лица мужчины. Вокруг все было зеленым и радостным. Деревья шумели ветром. Недалеко журчал фонтан. Ариэль встала с газона и глубоко вдохнула свежий воздух летнего парка. Она вернулась. Она оказалась в том же сквере, где они ели мороженое с Микаэлем.
– Все хорошо, – успокоила она мужчину. – Теперь уже все хорошо.
Волшебники шли по серому городу, улыбаясь. В руках у них были книги и коробки.
– И все же есть в этом мире что-то хорошее, – сказал Мика.
– Конечно, есть, – согласился Белый, – самое лучшее здесь – это возможность перехода в другой мир. Долго мы еще идти будем?
– Я понимаю твое желание скорее убраться из этого мира. Но не можем же мы сделать это на глазах у всех.
– А мне все равно, – сказал профессор. – Я надеюсь, что больше никогда не увижу этих людей.
– Зря ты, – сказал Мика, – здесь такие же люди, как везде. Наши миры – всего лишь отпечаток этого мира. Соответственно и люди в наших мирах точно такие же, как здесь.
– Умом я понимаю, что ты прав, но все равно есть ощущение, что там люди лучше. Они там добрее, отзывчивее, благодарнее.
– Это потому, что у них проблем нет, которые есть в этом мире. Хотя я уверен, что их отзывчивость тоже далеко не распространяется. Пошли вон в тот проулок, там и переправимся домой.
Оглядываясь, волшебники сошли с улицы.
– Смотри, Мика, это же Кочегар нарисован? – показал Белый на стену дома.
– Действительно, – разглядывая испещренную надписями и рисунками стену, ответил Микаэль. – Ну вот, а ты говоришь, что люди здесь не отзывчивые и не благодарные. Витя уже лет двадцать пять, как не появлялся в этом мире. А его помнят.
– Ага, вон кто-то написал, что он умер, – язвительно заметил Белый.
– Ты чего, – удивился Микаэль, – не знаешь эту историю? Когда Кочегара все достало и он решил свалить в другой мир, он сам и написал здесь во всю стену, что, мол, умер он. Но на следующий же день кто-то написал, что он жив. Смотри, каждый день пишут: «Витя жив». Разве это плохие люди? Они верят в порядочность, честность, в талант. Им просто очень хочется жить в мире, где существуют такие, как Витя, – волшебники.
– А приходится жить в мире, где такие волшебники, как Уан.
– Что делать, каждый сам выбирает, в каком мире ему жить.
– Ладно, хватит рассуждений. Нам пора отправляться домой.
И волшебники без сожалений покинули Первый мир.
Зачастую, чтобы увидеть в обыденном что-то необычное, надо просто сменить угол обзора. И тогда с высоты лучше вырисовывается перспектива, становятся более понятны вектор движения и путь. А прижавшись к земле, можно увидеть детали, которые до этого не замечались. А ведь иногда детали очень важны.
В Костином мире волшебникам было скучно и неинтересно. Для них здесь было мало развлечений, оттого они постоянно придумывали все новые вещи. Конечно, Константину надо было тренироваться, и он с готовностью выполнял новое пожелание наставника или его подруги. А те не скупились на идеи. Из-за того, что у Кости еще не очень получались большие объекты и звери, его нагружали созданием всяческих растений и мелких животных. И волшебникам было все мало, то мышь попросят, то лису. И никто не думал, как будет чувствовать себя Черныш. Волчонок не успевал обозначить свою территорию, пытаясь угнаться за изменением ландшафта. А уж разного рода грызуны и земноводные просто выводили его из себя. Не то чтобы он боялся их или не любил, но он же должен был знать тех, кто живет на его подконтрольном участке. А эта наглая мелочь уже через пятнадцать минут после появления начинала вмешиваться в его уклад и совершено не хотела признавать авторитет грозного волка. Приходилось учить их. Где-то зубы покажешь, где рыкнешь чуток. И все понимали, кто тут главный. Проблема была только одна – догнать наглеца.
В этот раз Черныш был на грани отчаяния, потому что догнать эту шуструю белку было практически невозможно. Она петляла, перепрыгивая кочки и мелкие кустарники, меняла траекторию, ныряла в высокую траву. Черныш старался не отставать, но он понимал, что стоит белке добежать до подлеска, как он ее упустит. Волки не лазают по деревьям. И белка это тоже знала, поэтому из последних сил старалась прорваться к лесной полосе. И как бы ни хотелось Чернышу ее догнать, как он ни старался, белке это все же удалось.
