— Ты мне в уши не дуй, Эмилия Орлова, — прищурился Костя, — так не бывает. Тут либо ты по бабам спец, либо Гарик импотент. И уж прости, у вас ни того, ни другого. И не стоит сейчас впрягаться за мужика. Только хуже делаешь, девочка.
— Мы с Гариком друзья, — вновь начала Эми.
— Типа, я не просек, как он на тебя смотрит? Дурака из меня не делай. Яйца я ему при любом раскладе оторву, потому что лезть к моей женщине нельзя!
— Да не лез он ко мне! У меня секс был только с тобой, ясно?!
— То есть, признаешь все-таки, что ты моя женщина?
— Да пошел ты к черту, Дымов! — взвилась Эмилия, когда распознала на лице мужчины широкую усмешку. Развел он ее, как девчонку?!
Эми психанула, оттолкнулась от двери и попыталась пройти мимо Кости.
— Ну все, все, — примирительно пробормотал тот, а Эми уже психанула и попыталась оттолкнуть мужские руки от себя.
— Отвали!
— Поругались, давай теперь мириться, — раздалось над самым ухом.
Эми вновь вывернулась из крепких рук, отошла на пару шагов.
— Даже не собираюсь, — фыркнула девушка. Теперь ей стало стыдно за все, что она говорила. Особенно за те слова, что касались ее отношений с законным мужем.
— А я все ж настаиваю, — пробормотал Дымов.
Эми увидела, как мужская рука мелькнула перед ее носом и легла на плечи. Второй Дымов обнял ее за живот. Нежно так, ласково. Эми и не знала, что Дымов может так легко ее касаться.
И дочь будто почувствовала ее состояние, толкнулась внутри, ударив крохотным кулачком или ножкой.
— Оу, — сипло произнес Костя.
Эми прикрыла глаза. Так и стояла, позволяя большой ладони осторожно скользить по ее животу.
— Оху…охренеть, — пробормотал Дымов, когда поймал очередной толчок. — Поставленный удар у нашей дочурки.
Эми поняла, что сейчас попросту разрыдается. Дымов играет нечестно. Он должен быть монстром. А не вот таким, мучительно нежным и осторожным.
Девушка стояла в кольце сильных рук. Опиралась спиной о крепкую грудную клетку, которую когда-то, в прошлой жизни, прострелила. Мда, будет, что рассказать дочке.
— Все правда, малышка, — спустя вечность, услышала Эмилия тихий голос мужчины, — насчет шлюх и баб. После тебя искал твою копию. Тогда было, да. А потом ты пришла ко мне. Сама. И я решил, что только тебя хочу.
— Мне это должно польстить? — уточнила Эмилия.
— Да нет, так, просто говорю, — донесся негромкий ответ. — Чтобы ты знала, давно у меня секса не было. Потому и срываюсь. Но очень охота. Ты ж меня с пол-оборота заводишь.
Эмилия поняла, Дымов говорил чистейшую правду. По крайней мере насчет того, что он хочет ее. Ведь в нее сейчас упиралось доказательство слов Кости.
Девушка начала стремительно краснеть. Тогда, в пылу ссоры, все было иначе, Эми старалась не замечать того, что на Кости нет одежды. Ну почти нет.
— И раз уж мы тут трем за все подряд, — вновь заговорил Константин, — знай, что принуждать не стану.
С губ Эми слетел то ли смешок, то ли всхлип. Надо же, какое благородство!
— А вот играть буду не очень честно, — расслышала Эми хриплый шепот.
Костя склонился к ее уху, подхватил мочку губами. А ладонь сместилась с плеч, ниже, задевая грудь.
Даже через плотное платье Эми ощутила эти прикосновения.
Дымов не соврал, нечестно это все. Потому что Эми сейчас беззащитна и совсем не может сопротивляться. Или не хочет?
Широкая ладонь нырнула в вырез платья. Эми ждала жестких касаний, однако Костя едва дотронулся до острых сосков кончиками пальцев.
— Закрыть окна! — чуть громче произнес Дымов.
Эми словно очнулась от дурмана. Окна? Причем здесь окна? И кто должен их закрыть?
Но тут же расслышала, как с легким шорохом жалюзи опустились на все окна, и в квартире стал царить полумрак. Сквозь небольшие щели пробивался дневной свет, потому все было прекрасно видно.
Чтобы посмотреть в сторону окон, Эмилии пришлось повернуть голову. Дымов словно воспользовался этим движением. Тут же захватил ее губы в плен своего алчного рта.
Поцелуй был жадным и, кажется, даже пошлым. Но Эми толком не разбиралась, потому что опыта слишком мало. Стыдно, признаться, насколько мало.
Наверное, именно поэтому Эми и увлеклась. Слегка забылась, отдалась во власть новым эмоциям, которые бурлили в ней и били прямо в голову. И в ноги, да. Всему виной гормоны, не иначе.
Эмилия не заметила, как Дымов уже развернул ее лицом к себе.
Поцелуй выносил ее из реальности. Приходилось цепляться руками за крепкие, обжигающе горячие мужские плечи. И за волосы на мужском затылке. Короткие, стриженные, они проскальзывали между пальцами, приходилось вновь и вновь цепляться в них, задевая кожу голову.
— Блядь, да-а-а…, — пробормотал Костя.
Эми пискнула, когда Костя подхватил ее и аккуратно усадил куда-то. Уже было неважно, куда именно. Зато так целоваться было удобнее.
И пока Костя терзал ее рот, Эми цеплялась в его плечи и затылок. А платье уже задралось непозволительно высоко, к самому поясу. И мужские пальцы невыносимо приятно ласкали девичью грудь.
Эми не узнавала себя. Терлась, словно мартовская кошка, о ладонь Кости.
— Девочка моя, — одобрительное бормотание доносилось словно через вату.
