Ладонь Кости нырнула к ее бедрам. Эми оттолкнулась от широких плеч.
Ей стало страшно, потому что… Просто стало и все.
— Я очень осторожно, девочка, — выдохнул Костя. — Очень медленно и очень аккуратно. Я ж не по уши отмороженный, малышка.
Дымов смотрел на нее, дышал тяжело и рвано. Эми верила ему сейчас, потому что помнила, с какой заботой и нежностью он касался ее живота.
Эмилия судорожно сглотнула. Прикрыла глаза. Ну ведь не станет она говорить Косте, что и сама… Ну… Хочется ей, да. Она быстрее умрет от стыда, чем признается. Да и врач говорил, что секс не просто не запрещен, но и в некоторых случаях разрешен, в лечебных целях. Или в профилактических. Неважно!
Платье Эми застегивалось на ряд крохотных пуговиц, которые завтра ей придется пришивать. Потому что Дымов просто дернул ткань в стороны. А после накрыл ладонями грудь Эми, поверх лифчика. Через кружево сжал острые вершинки.
— Охуительная просто, — пробормотал Костя и тут же впился ртом в приоткрытые губы Эми.
Девушка впустила его внутрь, позволила ворваться языку, сплестись в яростном танце с ее.
Рука Кости нырнула ниже, к трусикам. Раздался звук рвущихся колготок. Эми густо покраснела. Хорошо, что в комнате мало света. Да и глаза Эми предпочла держать закрытыми.
— Походу, весь гардероб завтра сменим, — расслышала Эми жадный шепот.
Глаза все же открыла. Костя смотрел на нее невероятно диким и безумным взором. Эми, чтобы не упасть, пришлось слегка откинуться назад и упереться в прохладную поверхность… стола? Да, кажется она сидела попой прямо на столе. А Костя — меж ее разведенных бедер. И абсолютно нагой.
Эми было прекрасно видно все, что прятало прежде полотенце. И больше краснеть уже было некуда. Но девушка все равно смутилась, потому что Костя был огромным. И если бы она не помнила, что все это богатство помещается в ней, то испугалась бы. А сейчас… просто хотела продолжения.
Дымов вновь жадно набросился на ее рот, заскользил по подбородку, шее, задержался на груди. Даже через ткань лифчика Эми чувствовала каждое прикосновение рта, каждый толчок языка, опаляющее дыхание.
Услышала странный металлический звук. Широко распахнула глаза.
— Я осторожно, — выдохнул Костя.
Эми икнула, увидев, как Дым кухонными ножницами разрезает ее белье. И вот она уже без трусиков, раскрыта перед мужчиной, нависающим над ней.
— Так гораздо лучше, — пробормотал Костя, — ты охуительная, девочка.
— Ты мне должен комплект белья, варвар, — нервно хмыкнула Эми.
— Я тебе куплю целый магазин, — пообещал Дымов, а Эми уже утратила нить разговора.
Мужские пальцы накрыли лобок, коснулись промежности. Эми вздрогнула и крепче вцепилась одной рукой в волосы на затылке Дыма.
— Не подслушивай, малышка, — сквозь шквал бушующих эмоций и чувства разобрала Эмилия шепот, а к ее животу прижалась колючая щека и легонько потерлась, — мама и папа немного пошалят.
Эми шумно выдохнула. Господи, что вообще с ней происходит? Как она докатилась до подобного? Упала так низко… Прямо на кухонный стол! Даже до кровати не дошла!
И тут же громко застонала, когда Костя надавил пальцами на влажные складки и ввел один палец внутрь.
— Притормози меня, если будет больно, — приглушенно прорычал Дымов, прижался своим лбом ко лбу Эми. А его пальцы… Эми вновь застонала от накатывающих на нее ощущений.
Ей так и хотелось сказать, что если бы Дымов в прошлый раз был вот таким с ней, она бы… она бы к нему в СИЗО ездила каждый день, и не вышла бы за Гарика, и…
— Да-а-а…, — захныкала Эми, когда движение пальцев стало невыносимым. Ей казалось, что она сейчас взорвется, или умрет, или расплачется. Или все вместе.
— Сейчас все по-другому будет, — зашептал он ей на ухо, а Эми уже дрожала, утопая в волнах экстаза. — Забудь, что было тогда.
Костя не обманул, все было иначе. Интуитивно Эмилия готовилась к боли, дискомфорту, неприятных ощущениям. Однако Костя, сдвинув ее на себя, к краю гладкой поверхности, замер.
Эми чувствовала пульсацию, твердость и влажную гладкость члена. И протяжно застонала, когда напряженная плоть легко вошла в нее.
— Бля-а-а-адь! — сквозь зубы выдохнул Дымов и толкнулся на всю длину.
Эмилия послушно запрокинула голову, когда Костя легко потянул ее за волосы, намотав те на кулак.
— Знаешь, девочка, в моих мозгах все было иначе. Я трахал тебя, пока бы ты не кончила, а потом трахал бы снова и снова, — говорил Костя, не двигался, рвано и жадно дышал, скользил приоткрытым ртом по ее щеке, уголку рта, скуле. — А когда ты оказалась подо мной, все планы сломались.
Эми хмыкнула, улыбнулась. Ей нравилось это чувство, когда такой сильный мужчина, несгибаемый, суровый, без тормозов — в ее власти. Он не подчинил ее себе, а наоборот.
— Так мы будем трахаться, Дымов? — выдохнула Эми и напрягла мышцы так, чтобы теснее сжать собой Костю.
Дымов глухо рыкнул, точно хищник, перехватил ладони Эми одной рукой, сцепил их над ее головой и прижал к столу.
Эми послушно откинулась на спину, обхватила коленями мужские бедра. Тяжелая обжигающая ладонь нырнула под ее ягодицы. Вскрикнула, когда твердая плоть вошла в нее под другим углом.
