Где моя сумочка? В кабинете, — прозвучал быстрый ответ, но глаза недовольно прищурились. Мне нужно позвонить, — встав со скамьи, Стефания направилась в сторону дома.
Он перехватил ее руку, останавливая.
Что? — она не понимающее посмотрела на него. Сегодня ты моя. Никаких звонков и других контактов, — сказал он коротко, ожидая ее реакции, — кроме моих. Нет, я так не могу. Родители, сестры, подруги и… — начала перечислять растерянно Стефания. Все подождут, — снова жестко прервал он, привлекая Стефанию к себе, пока ее грудь не уперлась в каменные мышцы его груди.
Какой же он высокий! Перед глазами Стефании была его голубая рубашка. И весь мир, казалось, сузился до этой голубизны… Он приподнял ее подбородок, заставляя смотреть ему прямо в глаза. Второй рукой он нежно обнял ее за талию, продолжая прижимать к своему телу.
По своей природе Стефания не была конфликтной, предпочитая любой ссоре и выяснению отношений — спокойный и мирный разговор. Но не сейчас. Что-то внутри у нее взбунтовалось: «Я сказала нет!». Может, из-за того, что он так всепоглощающе действовал на нее? Она так близко стоит к нему, и поэтому спокойно думать не получается.
— Нет, — произнесла она тихо, но твердо.
Что? — Николай был удивлен. Все и всегда шло по его плану в отношениях с женщинами. Ему и голову не приходило, что кто-то может ему сказать обычное слово «нет». Такое короткое и такое раздражающее. Нет, я не могу полностью отключиться так надолго! — попыталась прибегнуть к помощи логики, объясняя свой отказ, Стефания. Одновременно стараясь отодвинуться от него хоть немного. Увы… Он держал ее крепко и надежно.
Надежность? Это когда не надо ничего бояться?
О, какое сравнение и именно в этот момент!
Однако именно так чувствовала себя Стефания на самом деле. Надежно с ним, как будто так и должно было быть на самом деле. Он наклонил голову, его губы смяли ее сомнения, подчиняя, причиняя сладостную муку и обещая еще большее наслаждение. Стефания прекратила свои попытки отодвинуться и, наоборот, сама придвинулась ближе. Вот теперь она прижималась к нему всем телом.
Странно и нелепо все это, но от этого не менее реальны и прошедшая ночь, и мужчина рядом, и этот дом…и даже абрикосы, которые пахнут грушами.
Всего лишь поцелуй, а Стефания уже растаяла. Руки дотронулись до его крепких плеч, нежно сжали их и замерли. Николай не останавливался, продолжая исступленно целовать ее. Он взял проверенный курс на ее совращение, унося в мир наслаждения, где было место только для двоих.
Нам пора, — с трудом оторвавшись от ее губ, прошептал Николай. Куда? — недоуменно переспросила Стефания, пребывая в сладком полузабытьи. В кроватку, — плотоядно улыбнулся он, по-прежнему не выпуская ее из стальных объятий. Но я не хочу спать, — удивленно запротестовала Стефания. Но поняв, что сболтнула глупость, нахмурилась и покраснела. Ведь понятно, что он имел в виду и чего хочет от нее. Это ты так думаешь, — ответил Николай весело и повел Стефанию за руку в дом. Подожди, — попыталась вырвать руку Стефания.
Правая темная бровь взлетела вверх:
Бунт? И так скоро?
И тут же, не выдержав грозного вида, рассмеялся, оторвал от земли и, перекинув через плечо, быстрым шагом пошел по направлению к дому. Одна рука придерживала ее за ноги, а вторая с нежностью поглаживала ягодицы. Ее длинные волосы рассыпались по его спине.
Отпусти меня, немедленно отпусти. Это нетерпимо!
Николай продолжал уверенно шагать, не обращая внимания на протесты Стефании. Со стороны все выглядело так, как будто ничего необычного и не происходило, а она всегда исключительно таким вот образом, вниз головой, заходит в дом.
Ни за что на свете, — хмыкнул он весело, продолжая подниматься по лестнице на второй этаж со своей драгоценной ношей.
Но не в спальню, а в другую комнату, которая была расположена слева от лестницы. Узкая лакированная дверь закрылась за ними, и они оказались в кромешной темноте. Темнота. Повсюду. Ничего не видно.
Стефания чувствовала только животом его мощное плечо и сильную руку, по-прежнему поглаживающую ее ягодицы. Ее опустили на… пол, ноги скользнули по чему-то твердому и прохладному. Сандалии Стефания потеряла еще во дворе.
Где мы? — она задала вопрос в темноту, ничего не видя перед собой.
Что он задумал? Почему здесь нет света?
Там, где есть только ты и я. Здесь ты сможешь быть сама собой, без любых ограничений и запретов. Зачем? — ее начинал бить озноб.
Вот именно, зачем?
Я всегда своя! Разве не так?
Зачем еще темнота?
Она попыталась хоть что-то разглядеть, привыкая к темноте. Но напрасно — ничего. Пустота…
Тебе страшно? — прозвучал совсем близко дьявольский голос, по привычке растягивающий слова. Но вопрос в точку!
Озноб снова прошелся по телу Стефании, но не от страха, а от ожидания чего-то невероятного. Того, что ждет ее прямо сейчас. Николай собирался ее во что-то посвятить. У Стефании кровь прилила к лицу, ладони вспотели в предвкушении…
— Иди ко мне, — позвал его бездонный голос. Стефании показалось, что голос звучит отовсюду.
Куда? Я ничего не вижу.