Что последствия? — не выдержав напряжения, переспросила Стефания. Последствия могут быть на самом деле губительны для тех, кто не готов и не понимает твоей силы и огня. Да? Как же так! Мы перешли на необъяснимые силы природы? А если человеческим языком? Ты особенная…Я особенная? — спросила Стефания, сраженная неожиданным комплиментом, сказанным невзначай.
Видел ли он себя в этот момент?
Вот он!
Это да! Мурашки по коже и из-под кожи. Сводит с ума одними своими глубокими серыми глазами.
Ты ведь даже не понимаешь этого? Не осознаешь? — не унимался Николай, внимательно изучая смену эмоций на лице Стефании. А что здесь понимать? Украинки — девушки особенные. Да и во всем мире девушки такие, — попыталась объяснить свою позицию Стефания, пожав плечами. Нет, не такие. Конечно, славянские девушки особенные, но ты букет.
Недоверчиво подняв брови, Стефания уточнила:
Букет? Или цветок? Нет, букет цветов. В тебе очень многое цветов, разных, с корневищем.
Звонкий смех Стефании наполнил салон:
— Да, загадочно звучит. Ты писатель?
Нет, — теперь он засмеялся, сбрасывая при этом, словно наваждение, все, о чем говорил. — Пей чай. Он уже остыл. Не люблю холодный чай! — сказала она дерзко, подняв изящный подбородок. Капризничаешь? Нет, констатирую. Как скажите, — сказал он, не сводя с нее изучающего взгляда.
Дверь снова открылась. Вошла вся та же длинноногая красивая блондинка. Но кажется, помада на ее губах стала ярче и юбка чуть выше колен.
— Аня, чай остыл. Принесите другой, — короткий приказ-просьба. Не сводит со Стефании вопросительного взгляда.
Сейчас, Николай Алексеевич, — сказала стюардесса, растягивая губы в широчайшую улыбку, от которой у нее будто бы свело скулы. Что-нибудь еще, Стефания? Нет, спасибо. Горячего чая достаточно, — выдохнула быстро Стефания, убрав рукой с лица непослушные локоны. Почему горячий? — задал вопрос в повисшей тишине Николай, любовно поглядывая на рыжую кудесницу.
Стефания промолчала, не сводя с него таинственного немигающего взгляда. Время как будто остановилось. Но Николай наконец оторвал взгляд от Стефании и обратился к Анне:
Это все.
Дверь закрылась. Они опять одни. Николай и Стефания. Глаз друг с друга не сводят. Что-то было в этом особенное. Взгляд во взгляде, сталь смешалась с бронзой. Он в ней, она в нем. Растворились. Они вместе. Да, на расстоянии полутора метров, но в то же время вместе, ласкают друг друга взглядами. Разве такое возможно? Однако Стефания явственно чувствовала невидимое тепло, исходящее от его взгляда внутри себя, глубоко и приятно.
Почему горячий? — прерывая молчание, снова спросил Николай. Потому что чайные травы только при определенной температуре способны раскрыть весь свой аромат. Они также заслуживают быть испитыми именно в этот момент. И не в иной, когда нам хочется. Ты так трепетно относишься к чаепитию? — недоверчиво уточнил Николай. Нет, в данный момент к тому, что я захотела. То есть? — вопросом подтолкнул Николай ее к дальнейшему разговору. Ну вот если я захотела и заварила чай — я должна его выпить строго по устоявшейся традиции. Будь то одиннадцатичасовой, послеобеденный или вечерний чай. Почувствовать всю гамму вкуса, что он может дать в определенный момент. Весь спектр вкуса! Гурман? — восхищенно подытожил Николай. Нет, гурман — это слишком холодно, я бы назвала себя любителем. От слова любить? Наверное… Я люблю то, что делаю, — ответила Стефания, почему-то переместив взгляд на его сильные колени…
Николай замолчал, атмосфера в салоне стала вязкой. Принесли чай. Стефания молча маленькими глотками пила чай из фарфоровой белой чашки, на стенках которой фруктовый чай оставлял размытые следы. Как будто напоминание о том, что все в нашем мире оставляет след. Неповторимый… Но оставляет. Что вполне объяснимо. Все материально.
Каким ты видишь себя в будущем? Какие у тебя планы? Кем ты хочешь стать? Чем будешь заниматься? Чем интересуешься? — с деловой хваткой вдруг обрушил на нее вопросы Николай. Я? — Стефания удивилась количеству несвоевременно заданных вопросов. Ведь они только что говорили о чае. А тут вопросы, связанные с ее будущим. Да еще и таким настойчивым тоном! Ты удивлена вопросами? Кроме тебя, здесь никого нет.
Будущее. То, что не сегодня, а там, в будущем. Далеком будущем. Думаем ли мы о нем? Зачем? Это же будущее! И сейчас оно напрямую не влияет на нас. Не так ли? Стефания, оторвавшись от своих невеселых мыслей, улыбнулась:
Я учусь на историческом факультете… Еще учу языки. Какие? Английский и второй — французский. Так, а кем ты хочешь стать? Не поняла вопроса. Я изучаю историю, языки, — начала снова говорить Стефания. И неожиданно впервые посмотрела на будущее не через пелену «когда-то», а из сегодняшнего дня. Он ведь и выльется в завтра? Я понял и слышал: история — языки. А кем ты хочешь стать? Стать? Да. Ты кем хочешь стать?
В его устах это звучит не очень, если не сказать по-другому.
Николай пресыщен и не ожидает от меня ничего. Что ж, мне действительно нечего сказать в ответ…
Это слишком трудный вопрос для тебя?