Опять что-то прикоснулось к коже, но уже на поясницу надавило, потом прошлось по ягодице, бедру, подколенной чашечке, снова по ягодице.
На шею легла что-то холодное. Александров застегнул на тонкой шее бархотку с топазами. Поддел палец под нее, потянул назад. Камни впились в кожу, царапая ее.
Шлепок.
Что?
Он меня ударил?
Возмущение.
Бред. Что он себе позволяет!
Но мне не больно. Наоборот, приятно как-то, даже пальцы на ногах поджались от удовольствия.
Теперь я еще хочу этого.
Хочешь? А это нормально?
Не знаю, но хочу.
Еще? Да. Не слышу. Да. Попроси. Пожалуйста.
Как так получилось, что состояние возмущения перелилось в острое желание-ожидание?
Шлепок, но легкий и приятный, еще один, еще…
Нет, они не болезненные, они чувствительные и обещающие.
Колени подрагивали, ноги подкашивались.
Николай это понимал:
Стой равно. Не могу, — промямлила Стефания. Можешь. Но…
Шлепок, еще один, еще. По спине провел чем-то, потом по пояснице, потом по позвоночнику, рисуя что-то или… Он прижался к ней всем телом, от чего ослабев и вовсе, она уперлась в него.
Он развернул ее, короткий поцелуй в губы.
Еще. Что еще? — уточнил он. Поцелуй. Нет, малышка, сегодня ты не заслужила.
Она недовольно скривила губы. Но вот еще один поцелуй. Такой желанный.
Но все-таки сегодня ты получишь то, что так хочешь. М-м-м…Да, именно так.
Он прижал ее к себе, подталкивая к кровати, но не дал на нее даже сесть, а положил ее поперек таким образом, что она висела на ее краю. Задорно приподнял ягодицы.
Какая хорошая, — он гладил, раскрывая, потягивая и раздвигая, — хочу туда, — и он надавил на ее анус.
От непонимания, но предвкушения Стефания вздрогнула. Он что-то шептал ей на ухо, она это понимала, пальцы его тем временем пробовали ее на ощупь.
Туда?
Зачем? Я читала об этом, но… зачем?
От следующих его движений мысли окончательно вылетели из ее головы, превращая ее чувства в деревянные щепки. Рука Николая проникла в ее промежность, двумя пальцами надавливая на внутреннюю стенку, массируя…
А-а-а, — не выдержав, закричала Стефания. Хорошо? Вот так будет еще лучше, — он вмиг проник в нее, наполнив ее, резко и до конца, — одной рукой прижимая податливую Стефанию к своему разгоряченному телу.
Да, глубже, еще…
Не двигайся, вот так…
Аэропорт. Самолеты и полеты. Высота и скорость. Все здесь для всех. Люди сновали туда-сюда, озадаченно ища и теряя то, что им на самом деле так дорого.
Время.
Стоя в многолюдном аэропорту, посреди спешащих людей, Стефания почувствовала, что расстояние затягивает.
Стефания Сергеевна, нам направо.
Стефания вздохнула, с тех пор как она встретила Николая, ее в общественных местах повсюду сопровождали люди.
Зачем? Так и вздохнуть-то свободной минутки нет, не то чтобы что-то большее.
Но как тяжело быть все время под наблюдением и контролем!
И еще сразу сообщение Николаю, где она, с кем и почему. Кто что говорит… смотрит… делает…
И так уже больше трех месяцев. Стефания устала. Само право на поездку без него она прямо-таки вырвала силой и хитростью. Как противился Александров! Запрещал, отказывал, предупреждал.
Нет и все. Причем категорично. Без объяснений. И только после пятидневных увещеваний и обещаний ей было разрешено совершить этот полет.
Сегодня Стефания летит в родную Одессу, на день рождение сестры, но только на два дня. Строго на два дня и не более. В голове промелькнул снова последний разговор с Николаем:
Нет. Но это два дня! Что может случиться за два дня? Все, а может и ничего. Не очень весело из твоих уст. Но я так соскучилась по родным! Тот ужин был так давно. Я хочу их видеть. Увидишь. У нас свадьба через месяц. Но месяц — это так много. Я хочу их видеть. Побыть с ними. В университет необходимо. Зачем? — он натянулся, как тетива. Я планирую продолжить обучение, может, переведусь на заочную форму или оформлю индивидуальное посещение. Не знаю.
Он молчал, и это ее пугало. Сейчас все зависело от его решения.
Поговорим об этом в другой раз.
Вот он, вердикт. Александров даже не хочет с ней говорить на эту тему.
Я хочу учиться и хочу работать.
Я не буду сидеть дома и целыми днями дожидаться его.
Нет.
Николай, не делай этого со мной! Не делай!
Не ломай меня!
Я хочу быть нужной, прежде всего себе!
Я не хочу такой жизни!!!
В дальнейшем я планирую работать, и я…В другой раз, — он отвернулся к своему ноутбуку и начал что-то набирать, не обращая более на девушку внимания.
Разговор окончен?
Не так быстро.
Как бы ни так!
В другой ситуации, ранее, до знакомства с Николаем, она бы отвернулась и согласилась. Не вступала бы в зону конфликта. Но не сейчас. Она изменилась и менялась далее стремительней.
Вот эта новая Стефания ей нравилась все больше и больше.
Обойдя стол и встав перед Николаем, она четко проговорила:
Мы не закончили.
Александров поднял на нее глаза, брови взметнулись в недоумении и восхищении. Да, он ею восхищался, ее бесстрашием и желанием добиться своего.
