Он взирает на меня с любопытством. Как будто был точно уверен в собственном обаянии и легкой победе. Как будто раньше смотрел на меня сквозь искажающее стекло, а теперь вдруг разглядел по-настоящему.
— Так может, всё-таки…
— Нет, — не поддаюсь я. — Не может. Всего доброго.
— Хорошего вечера, Гелена.
Я ещё долго смотрю вслед этому мужчине, отчего-то вспоминая аромат лемонграсса, который услышала в день нашей первой встречи…
— Я приеду сегодня, — режет Аяз несокрушимой уверенностью.
— Зачем?
— Не глупи, Гелена, тебе не идёт прикидываться дурочкой. Нам нужно поговорить. Ты остыла?
— Нет. Все еще кипяток, рискуешь обжечься, — нагло заявляю я.
Как у него все просто! Захотел — приехал. Захотел — о сыне промолчал. Захотел — избежал объяснений. И не беспокоится человек!
— Хочешь, сама ко мне приезжай.
— Ты шутишь?
Нет, он в самом деле считает, что я примчусь к нему?
— Тогда перестань паясничать. И жди меня.
Отключается.
Я бы хотела поступить по-детски и заявить, что встречи не получится, но решаю поговорить вновь. Потому что понимания у меня ноль.
Недавно звонила Вика — моя подруга, с которой мы сдружились ближе к окончанию университета. Она тоже ординатор. Новости Вика принесла печальные. Они с мужем расходятся. Подруга увидела в его телефоне красноречивое смс от помощницы. Постоянные задержки ее супруга на работе, вечное недовольство, ссоры… в общем, я и сама была бы рада сжаться в комок и поплакать от собственных бед, вот только слез нет. Да и пришлось мне в этот раз выслушать рыдающую подругу. Говорит, измену не простит. Хоть и любит. Сокрушалась, что она, по его словам, плохая жена и все ее время уходит на учебу и подготовку к экзаменам. А муж не прекращает нападки, что он для нее пустое место и она больше благоволит свои учебники.
Такие они все простые, я не могу! Да вы сами-то попробуйте анатомию человека выучить! Вас от капли крови поголовно выворачивает наизнанку! Вика будет отличным специалистом! Она любит свое дело и готова отдавать всю себя, полностью погружаясь в детали и новшества в медицине! Ну что в этом плохого?! Нет же, надо мужику сопельки подтирать. Он же сам сгладить семейные углы не в состоянии, проще жену обвинить.
— Ой, Викусь, может, ну этих всех мужиков, а?! Давай у меня как-нибудь соберемся?
— А давай. Только я сейчас не могу…
— Ну и ладно, к выходным придумаем что-нибудь! — соглашаюсь я, и мы еще минут двадцать болтаем, посыпая голову пеплом. Не, не себе. Сильной половине человечества. Я кратенько упоминаю приставучего «мистера совершенство» с привлекательной ухмылкой, пляшущими в глазах звездочками и красивыми пальцами. Вика хмыкает.
— А мне твой Аяз никогда и не нравился, — нескромно заявляет подруга и тут же обрывает меня на полуслове: — Так! Про моего вообще молчи!
Мы синхронно смеемся в трубку, и на всю квартиру раздается громкий звонок. И еще парочка ударов в дверь.
Приехал все же.
— Викусь, я побежала, у меня тут… гость на пороге.
— Этот, что ли? С красивыми пальцами? — недоумевает Вика. — Прям такой настойчивый?
— У него еще и запястья крепкие. Ммм какие, — шучу я, упоминая о растяжении, и тут же становлюсь серьезной. — Нет. Это Аяз. Он грозился сегодня в гости заехать. Вот. Сдержал слово.
— Смотри-ка, какой надежный. Слово как кирпич.
— Хватит иронизировать. Пойду открою. И мы с тобой условились встретиться на следующей неделе, да?
— Да. Беги. На связи!
В душе становится совсем темно и грустно. Не хочу сейчас с Аязом разговаривать, но нужно все выяснить до конца.
Делать нечего. Иду открывать.
— Привет, — спокойно здоровается он, как только я распахиваю дверь, и глазами сканирует пустоту за моей спиной. — Можно?
— Входи. Ты ведь для этого приехал.
Не вопрос. Утверждение из моих уст звучит довольно уверенно, хотя ни о какой уверенности и речи не идёт.
Я запуталась. В своих ожиданиях. В своих стремлениях.
Я правда была убеждена, что люблю Аяза. Нежной, обдуманной, загаданной любовью.
А все оказалось... Даже не выдумкой. Больше похоже на самообман. Когда видишь то, что хочешь. А не то, что есть на самом деле. И да, нам бы не мешало кое-что прояснить.
Я не согласна на его условия. На отсутствие чувств со стороны будущего супруга, на неуважительное отношение, пренебрежение и снисходительность.
Я ждала другого от навязанного брака, в искренность и крепость которого сама поверила.
Отодвигаюсь с прохода, опуская взгляд в пол.
— Входи.
Запираю за ним дверь. Душа в трещинах, словно выкрашена старой краской. И нуждается в небольшом ремонте. Ну то есть во встряске.
— Чай, кофе? — роняю я беззаботно. Вернее, пытаюсь напустить на себя равнодушный вид.
Но… как могу.
Встаю спиной к Аязу, достаю кружки, включаю чайник.
Жду. Нетерпеливо, хоть и стараюсь не показывать, как трясутся пальцы.
Мужские руки внезапно обвивают мою талию, Аяз мягко привлекает меня к себе.
— Ну прости, — шепчет мне на ухо, шумно выдыхая, а его огонь сегодня на меня не действует. — Я хотел как лучше. Хотел, чтобы ты не злилась, хотел, чтобы ты не знала, не расстраивалась, не сомневалась, не обижалась, не нервничала, не терялась в догадках.
