Последнее, что я подумал оглядываясь назад было то, что бы она не испугалась тех выстрелов. Что бы моя дорогая девочка не испугалась тех звуков войны, которые могла бы услышать в трубке телефона. Поэтому я запел, что есть сил ту песню, которую так любил мой отец. И которую передал ему мой дед, который как говорили, в добыче Медвежьих Рубашек, был талантливей меня в несколько раз. И, наверное, в тысячу раз счастливей. Ведь у него, у него были дети. Я мысленно улыбался, представляя ее прекрасное лицо с прижатой к розовому, милому уху трубкой телефона, из которого лилось наше вечное и родное:
Не для меня журчат ручьи,
Блестят алмазными струями.
Там дева с чёрными бровями,
Она растёт не для меня.
Часть вторая.
I
Всем привет. Начну сразу и без раскачки. Если вы помните мою историю с самого начала, то нет никакого смысла ее пересказывать. Короче, я так и не смог позвонить ей в ту далекую и родную теперь для меня страну, где искусство, живопись и понятие прекрасного, впитывается с молоком матери. Я не искусствовед и я этому очень рад. Мое предназначение в этом мире поражать врагов, и я этому долго учился. Но вот и этой веревочке было суждено, закончится. Конечно же, наши ошибки подразумевают под собой свое продолжение. Рано или поздно за все приходится отвечать. Но я готов к ответу. За все, что сделал в этой жизни. Я написал ей письмо. Она ответила. Так началась история нашей любви, а точнее ее продолжение. Что я чувствовал, спросите вы? Не знаю. Тепло ее сердца накатывало на меня из каждой буквы и каждой строки ее умилительных, детских писем. В первый момент я просто растерялся. Я просто не знал, что ей написать. Свой послужной список? Сказать ей, что я пекарь или шофер? Как быть? Что делать? Я вообще не понимал, что мне делать дальше с этой ситуацией. Так же как и с тем временем, что так тягуче тянулось в ожидании ее первого ответа. Что мне напишет она? Как мы будем общаться? Короче, полная ерунда. Мне 45, ей 16. Разные вселенные, не говоря о внутреннем мире. Не упоминая уж про мои подвиги, отмеченные там, в реестре нашей службы. Куда я попал? Куда меня занесло? Сидел бы себе тихо в своем окопе и пересчитывал бы остатки денег на своем скромном счету. По крайне мере там все было ясно. Это я и про вспаханную пулями землю и про пластиковую карту в заначке пиджака. И там, и там, все было предельно ясно и понятно. Тут же, в этой идиотской ситуации, я совсем растерялся. А как поступили б вы? Как поступил бы каждый из нас, попади он в такую непредсказуемую ситуацию, имя которой Любовь? Вот и я про то же. Многие из нас на земле искали ответ на этот вопрос. Как вы думаете, нашли? Вот то то и оно. Поэтому то, классики мировой литературы, их произведения, надолго остаются в наших сердцах, как люди, открывшие миру тайну Вечности. Они писали о ней сквозь призму великой тайны. Чрез призму Любви между мужчиной и женщиной, открывшуюся им в откровении их чувств. Но хватит философии. Приступим к делу. Взялся за гуж не говори, что не дюж. Сколько не откладывай дела в долгий ящик, но надо их решать. Как говорил наш Михалыч:
– Как не тяни, а спирт во фляжке заканчивается быстрее, чем вода.
Если вы помните, ее звонок застал меня в атаке на укрепления противника. Конечно же, как и было запланировано, мы сделали там все, что могли. Задание было выполнено и меня окончательно списали в запас. Точнее на пенсию. С этой стороны я теперь был совершенно свободен. Но как я уже писал где-то выше, бывших сотрудников у нас не бывает. Так же, как и пенсионеров в том понимании, которое складывается у людей при воспоминании о пенсион возрасте, плюшевых тапочках, газетки в руках и мягкого дивана под спиной. Я работал. Много. Упорно. Жестко. Над чем, спросите вы? Не над чем, а почему. Переход от службы на пенсию, у нас всегда происходит очень долго. Т.к. при резком сбросе темпа, такой человек погибает. Его организм просто не выдерживает вакуума бездействия. Но сегодня заканчивается мой реабилитационный период. Все кончено. И моя отставка, свершившийся факт. Меня окончательно списали в запас и теперь Я СВОБОДЕН! Вот теперь у меня, раз, два три…… десять, двадцать… сто лет отпуска. Вы думаете, что мне было грустно? Наверное, да. Ведь вся наша жизнь сложена из привычек и традиционных наборов поведения. Вся наша жизнь сродни длинному и однообразному колесу событий. Которые прерываются непродолжительными периодами болезни или неурядиц, которые мы переживаем сидя дома и не выходя на улицу. Но во всей своей основе жизнь подразумевает движение. Это движение обрамлено в непрерывную череду знакомых и редко изменяемых обстоятельств. Так, по крайней мере, сложена жизнь взрослого человека. Как живет ребенок? Да еще влюбленный ребенок, мне понять очень сложно. Но может быть тем и интересней? Я не знаю. Помню ее первое письмо, написанное мне с такой детской простотою, что у меня просто опустились руки. Она писала:
– Здравствуйте Алекс. Я Вас совсем не знаю, но я Вас люблю. Я не знаю, что происходит со мною, но я Вас очень прошу. Не бросайте меня, пожалуйста.