— Не грусти, мама, пожалуйста, — Джорджи посмотрел на меня своими большими глазами, в которых светилась искренняя забота.
— Да, милый, не буду, — я сжала его ручку, чувствуя, как в груди потихоньку отступает тревога. — У меня для тебя хорошие новости. Сейчас я познакомлю тебя с твоей тётей.
— Тётей? — удивлённо переспросил он.
— Да, она моя родная сестра, а твоя тётя!
— Она добрая? — тут же спросил Джорджи, явно пытаясь представить, кто эта новая, важная фигура в его жизни.
— Очень добрая! Она очаровательная, ты её сразу полюбишь, а она — тебя.
Джорджи замолчал, обдумывая услышанное, и тоже словно погрузился в свои мысли.
Такси остановилось прямо у входа в ресторан, который за пять лет ничуть не изменился. Мы выбрали столик в центре зала и стали ждать. В груди нарастала дрожь, сердце стучало, как барабанная дробь, предвещая встречу, которая была долгожданной и пугающей одновременно.
Через несколько томительных минут ожидания в дверях появилась знакомая фигура. Ана мгновенно отыскала меня взглядом. Её глаза тут же заблестели, словно слёзы готовы были вырваться наружу, а губы дрогнули, складываясь в слабую улыбку. Она выглядела точно так же, как я её помнила: хрупкая фигура, осиная талия, длинные ноги и тёмные волнистые волосы, переливающиеся при свете. Её светлая кожа с лёгким румянцем на щеках лишь подчёркивала глубину её зелёно-голубых глаз — тех самых, что она унаследовала от нашего отца. Глаза, полные трепета, смотрели на меня так, будто все эти годы и всё, что я сделала, не имели значения. От этого взгляда моё сердце сжалось.
— Адель! — вскрикнула она, подбежав ко мне и заключив в родные объятия.
Мы стояли так долго, не в силах отпустить друг друга. Слёзы текли по нашим щекам, и я боялась нарушить этот момент, словно стоило отпустить её хотя бы на мгновение, и она вновь исчезнет из моей жизни на долгие пять лет.
— Я так скучала! — сквозь слёзы прошептала я. — Прости меня, дорогая, я… — слова застряли в горле, и я лишь всхлипывала, не в силах продолжить.
— Я тоже скучала! — Ана крепче прижала меня к себе, как будто хотела наверстать всё упущенное время. Её объятия были такими сильными, что мне показалось, воздух вот-вот выйдет из лёгких.
Наконец, я немного отодвинулась и представила ей Джорджи, который застенчиво сидел на стульчике и наблюдал за нами.
— Ана, познакомься, это мой сын Джорджи, — сказала я, с гордостью показывая на своего маленького мальчика.
— Боже мой, привет, Джорджи! Я так рада наконец познакомиться с тобой! Я столько лет представляла нашу встречу! — Ана говорила дрожащим от волнения голосом, её глаза излучали любовь и нежность. Она смотрела на него с теплом, но не спешила приблизиться, будто боялась испугать.
— Я тоже рад! — Джорджи без колебаний подошёл к ней и обнял, будто почувствовал в ней родного человека.
— Ты такой большой! Сколько тебе лет?
— Четыре! — гордо ответил Джорджи, показывая четыре пальца.
— С ума сойти! Совсем взрослый, — с улыбкой ответила ему Ана, нежно проведя рукой по его мягким волосам. Её прикосновение было осторожным, как будто она боялась нарушить этот момент.
Джорджи в знак согласия кивнул.
— Мне так не верится, что ты здесь прямо передо мной, да ещё и Джорджи… Я будто не могу осознать всё это! — в глазах Аны горел огонь, и они были наполнены счастьем. Она смотрела на нас двоих с такой любовью, что я стала себя корить за эту разлуку ещё сильнее. Если это вообще было возможно.
— Я тоже, дорогая! Все эти пять лет я представляла себе нашу встречу, и прости, что затянула её так надолго. Мне было слишком тяжело вернуться. Я так хочу, чтобы всё это осталось в прошлом и чтобы мы снова могли быть семьей, как раньше, — слёзы, которые я так долго сдерживала, снова потекли по щекам, словно броня, защищавшая меня все эти годы, дала трещину. В этот момент я позволила себе быть слабой, ведь передо мной был человек, которому я доверяла как никому другому, человек, которого я любила так сильно. Она была моей семьей и принимала меня со всеми моими слабостями.
Ана нежно вытерла слёзы с моих щёк.
— Я всё понимаю, милая. Может быть, я и хотела быть рядом и поддерживать тебя, но это твоя жизнь, и я просто рада, что теперь ты здесь. А ещё тебе стоит пойти умыться, вся тушь растеклась по щекам, — с мягкой улыбкой намекнула Ана.
— Ой, хорошо, — смущённо шмыгнув носом и пытаясь утереться тыльной стороной ладони, заулыбалась я. — Джорджи, побудешь с тётей Аной? — сын сразу же согласно кивнул в ответ.
— Как непривычно это звучит, — радостно воскликнула Ана. — Иди, не переживай за нас. За пять минут ничего не случится. — Казалось, Ана вот-вот взорвётся от счастья, как пиньята, усыпая ресторан конфетами и блестками.
Я быстро зашагала к туалету, стараясь не терять ни минуты в этот важный вечер. Холодная вода остудила распухшие щеки и помогла мне немного успокоиться, хотя мысли продолжали путаться. Мне хотелось сказать столько всего младшей сестре. Стерев остатки макияжа и стараясь не обращать внимания на покрасневшие от слёз глаза, я поспешила вернуться к сыну и сестре.