— Мамочка, я хотел защитить Асоль, как ты учила! — взволнованно произносит Джорджи, крепче обвивая мою шею маленькими ручками. — Николя обижал её, говорил, что она некрасивая и что она должна отдать ему свою игрушку, или он её ударит! Я заступился за неё, но он всё равно начал тянуть мишку. Асоль начала плакать, а я пытался забрать игрушку обратно. Мамочка, я не специально его ударил! Когда я тянул мишку, то взмахнул рукой, и… — глаза Джорджи наполняются слезами. Он явно напуган всей этой ситуацией.
— Тише, тише, милый, всё хорошо. Я верю тебе. Ты поступил правильно. Никто не должен обижать девочек, — прижимаю Джорджи ещё крепче к себе, стараясь успокоить его, и мягко поглаживаю по содрогающейся от рыданий спинке.
— Что? Дорогой, ты слышал это? Она ещё и оправдывает его! Ну и понятно, какая мать — такой и сын, — моё тело напрягается, и я уже готова сорваться на эту стерву, но вдруг чувствую, как тёплая рука ложится на моё плечо. Я бросаю взгляд вверх и вижу серьезное лицо Майкла. Он выходит вперёд, загораживая нас с Джорджи от невидимого яда женщины.
— Мы можем посмотреть записи с камер? — игнорируя вопли матери, он обращается к воспитательнице.
— Да, но мне не велели… — заикается она, ещё больше краснея под взглядом Майкла.
— Кто? — коротко и требовательно обрывает её Майкл.
— Мы не велели! Нам всё и так понятно. Мы требуем немедленно выгнать этого агрессора и всю его семью из этого места! — с презрением произносит блондиночка.
— Я хочу взглянуть на записи с камер. Только после этого мы будем решать, что делать дальше. Это частный садик, и доступ к записям должен иметь любой родитель, — холодным тоном заявляет Майкл.
— Не нужно смотреть записи с камер, — неожиданно вмешивается отец семейства, который до этого воздерживался от комментариев.
— Именно! Вам пора убраться отсюда, — тут же добавляет блондиночка.
— Мирабель, закрой рот, — произносит он так резко, что и я, и воспитательница смотрим друг на друга в недоумении, не в силах понять, что происходит.
— Что? Какого черта? — переходит на ультразвук блондиночка.
— Я сказал, закрой рот и не выражайся при детях! — более настырно говорит мужчина и делает несколько шагов к Майклу. Я делаю шаг в сторону, чтобы лучше видеть, что происходит.
— Мистер Бэдфорд, очень приятно познакомиться, я Орландо Бэнати, — мужчина протягивает Майклу руку, но тот не жмет её в ответ, а только холодно и выжидательно смотрит на него.
— Да уж, — произносит Орландо, убирая руку. — Очень сожалею, что ваша семья оказалась втянута в этот нелепый конфликт. Приношу извинения за всё, особенно за то, что вылетает изо рта моей жены. Мы не имеем претензий и надеемся, что этот конфликт исчерпан и никаким образом не отразится на нашем сотрудничестве, — мужчина старательно выговаривает каждое слово, делая небольшие паузы, как будто эта ситуация вывела его из равновесия.
— Она должна принести извинения за свои слова, — твердым, холодным тоном произносит Майкл. Мужчина напротив выглядит еще более растерянным, но через мгновение слабо кивает и переводит взгляд на жену.
— Мирабель! — громко рявкает он, и я вижу, как его плечи нервно дергаются.
— Что? Я не собираюсь… — словно пропищав, произносит блондинка, но ее муж перебивает ее.
— Заткнись, — произносит он, стиснув зубы. В два шага пересекает комнату и злостно шепчет ей что-то на ухо. Её лицо вытягивается от изумления, глаза расширяются, и она оценивающе бросает на меня взгляд. Раздраженно фыркая, но повернув лицо в сторону Майкла, надменно произносит:
— Прошу прощения! — это сложно назвать извинением, скорее плевком яда.
— Не передо мной, — не глядя на нее, произносит Майкл холодным тоном. — Искренности тоже не помешало бы добавить.
Я перевожу взгляд на Майкла, изумленно рассматривая его сжатые челюсти и яростный взгляд. Блондиночка слегка отшатывается, когда её муж резко тянет её к себе, привлекая внимание. Я не знаю, что происходит между ними, но кажется, еще немного, и из глаз мужчины полетят молнии. Через мгновение она тяжело выдыхает и переводит на меня взгляд. Она выглядит более сдержанной, но не менее ядовитой.
— Прошу прощения за свои некорректные слова в Ваш адрес. — Кажется, я даже вижу слабое поражение в ее взгляде.
Мужчина переводит взгляд на меня с ожидающим вопросительным выражением, и я, немного растерявшись, молча кидаю короткий кивок в знак принятия извинений.
— Вот и славно, тогда нам пора, — с облегчением произносит мужчина и, взяв сына за руку, тянет его к выходу. — Мирабель, живее, — кидает он в сторону жены. — Извините еще раз, — посмотрев прямо мне в глаза, произносит он и, открыв дверь, быстро уходит, оставив после себя повисшую тишину.
— Тогда конфликт исчерпан? — испуганным голосом спрашивает воспитательница. Майкл игнорирует её и поворачивается к нам.