— Ты сбежала, — тихо произнёс он. — Я тебя искал по всему Энибургу. Думал, с тобой приключилась беда. И вот ты здесь… здорова и невредима.
— Я… я не хотела обманывать, — выдохнула, чувствуя себя крайне странно.
— Все обманщицы так говорят, — заметил Яр.
Смотрим глаза в глаза. Я, если честно, совершенно не знаю, как выпутываться из этой ситуации.
— Скажи… ты забрал меня порталом? — уточнила я.
Лишь двое в Райвиме способны открывать порталы. Это его величество Максимилиан и… его высочество Данияр. Уточняю так, чтобы развеять последние сомнения. Но он молчит. В итоге вздохнул и отступил на шаг.
— Тебя нужно переодеть…
Почему сегодня все меня переодевают? Я за эти два дня сменила платьев больше, чем за всю жизнь. Ведь носила преимущественно брюки… если не считать раннего детства.
Сместила взгляд вниз и осознала, что меня раздели до камизы, поэтому тут же подтянула одеяло повыше. Вот странно, перед Треем не испытывала такого стеснения, как под периодически вспыхивающим взором Яра.
Посмотрела на вешалку и…
— Я забрала твой плащ, — сказала невпопад. — Извини, я обязательно возмещу…
— Плащ? — хмыкнул Яр и, в мгновение ока преодолев разделяющее нас расстояние, приподнял мой подбородок. — Ты забрала кое-что ценнее плаща. Мой покой. Как ты его собираешься возмещать?
Я приоткрыла рот, и Яр тут же скользнул взглядом по моим губам. А я ещё в этот момент и облизала их — пересохли, я не виновата! Парень сглотнул и приблизил своё лицо к моему. Наши дыхания смешались, и я испугалась реакции собственного тела. Казалось, каждая клеточка стала оголённым нервом, по которому пробегают тысячи магических разрядов. Сердцебиение участилось, а вместе с ним в голове поселился такой приятный туман, что единственное, о чём хотелось думать — о близости Яра.
— Уверена, он вернётся к вам сразу же, как вы узнаете меня получше. Неужели ваш учитель ещё не поведал всю правду обо мне? — спросила и всё-таки ухнула в прорубь, добавив: — Ваше высочество.
Теперь все границы расчерчены. Только раньше я принимала его не за
— Ты обманывала, что не узнала меня? — спросил он прямо. — Ведь судя по рассказам тех недоносков, ты несколько месяцев безуспешно пыталась заполучить моё внимание.
— Я хорошая актриса, не правда ли? — спросила с затаённой болью в сердце.
Так лучше. Лучше, если он будет держаться подальше от меня, ведь бусина… она на него реагирует. А это очень опасно. Мне ещё нужно разобраться, чем грозит обмен магией с сестрой, так что сейчас точно не до собственных увлечений.
— Надеюсь, ещё и неплохой кулинар… Ты умеешь готовить вишнёвый пирог, булочница?
Мои глаза широко распахнулись. Я не ожидала такого коварства.
— Нет, — сказала и добавила: — Откуда бы дочери герцога уметь готовить?
Если взялась играть роль — придётся играть до конца.
— Советую научиться… А я тебе приготовлю раманский кофе. У меня получается идеальный напиток. Как думаешь, равносильный обмен?
— Кофе приготовить легче, чем испечь пирог, — заметила отстранённо.
— Вовсе нет, — ответил насмешливо. — Ты просто ещё не пробовала мой раманский кофе. Когда ты сделаешь хоть глоток, то будешь согласна на всё, чтобы я приготовил его ещё раз.
— На всё? — уточнила я, и у самой фантазия так расшалилась, что я тут же отвернулась. Ещё и глаза Яра… так неожиданно вспыхнули и вновь почудилось, что зрачок вытянулся. Словно желая унять собственную фантазию, попыталась добавить в голос раздражения, но получилось хрипло: — Лорд-самоуверенность! Почему бы тебе не приготовить кофе своему эго, вам с ним вдвоём намного комфортнее.
Я резко поднялась, всё ещё прижимая к груди одеяло, и рискнула уйти, но Яр удержал меня за предплечье, дёрнув на себя. Не рассчитал силу, и я буквально впечаталась в него. Одеяло выскользнуло из ослабевших пальцев. Прикосновение оказалось таким томительно-болезненным, что я застыла, ощутив жар, пробежавший по телу.
Я слишком остро на него реагирую, слишком… Впрочем, не я одна. Бусинка тоже напомнила о себе лёгкой болью. И так всякий раз, когда приближался раманский принц.
— Мы не договорили. Я не сказал тебе самого важного.
— Неужели? Не огласил меню на первое, второе и напитки?
Мой голос сквозил язвительностью, за которой пряталось бешеное сердцебиение, слабость в коленях и пересохшие губы. Яр смотрел с вызовом. Бусинка пульсировала, но я, видимо, люблю страдания, потому что уже почти привыкла к этой боли. Оказывается, ради того чтобы чувствовать его горячее дыхание, я готова вытерпеть многое.
Не обращая внимания на мои язвительные слова, словно их и вовсе не было, он признался:
— Ты меня зацепила, Эрелин. А я привык получать то, что желаю.
На миг перехватило дыхание. Щёки покраснели бы, если бы уже давно не приобрели свёкольный цвет. Что за самоуверенный принц? Впрочем, возможно, все венценосные особы такие. Но почему этот водоворот эмоций с каждой секундой затягивает меня всё крепче? Нужно держаться от него подальше, ради собственной безопасности!
