Но… неужели притяжение Данияра ко мне сильнее его предубеждения?
— Тебя не пугает то, что ты уже услышал обо мне от других?
— Я привык делать выводы, основываясь только на собственных наблюдениях, Эрелин.
— И какие же, они твои наблюдения?
Сердце замерло в ожидании ответа. Оказывается, мне действительно важно его мнение. Мнение того, кого я считаю самоуверенным несносным магом, но от чьего дыхания мой пульс пускается вскачь.
— Ты ещё ребёнок, — вынес он вердикт и объяснил: — Цепляешься за слова, но не видишь сути. Хотя отчего-то я всё равно хватаюсь за воспоминания о тебе. Возможно, всё дело в загадке? В интриге, которую ты создала вокруг себя? Когда окончательно разгадаю, то потеряю интерес.
— Может быть, — сказала, сглотнув.
А Яр подошел ещё ближе.
— Твои руки не похожи на руки той девушки из рассказа герцогини — любимой, лелеемой и обожаемой дочери, которой доставалось всё самое лучшее. Что-то изменилось? Или девочка любит стрелять из лука и лазать по деревьям, оттого и кожа такая натруженная? Но тут тоже не сходится. Магистр Эверус утверждает, что ты ленива и изнежена, прогуливала лекции и… прыгала по койкам студентов, — тут мои щёки вспыхнули. — Где ты настоящая, Эрелин?
Я не знала, что ему сказать.
— Буду ждать, когда вы разгадаете эту загадку, ваше высочество, и потеряете ко мне интерес.
— Знаешь, чего я боюсь? — спросил он и упёрся ладонями по обе стороны от моей головы. — Что
Его взор спустился к моим губам и, словно делал над собой усилие, Яр отстранился. Я начала тяжелее дышать. Ведь вдруг осознала: невзирая на боль в висках, мне не хватает его близости.
— Уже поздно. У меня занятия, а завтра — у тебя. Но вечером, Эрелин, когда я вернусь — мы обо всём поговорим. И на этот раз ты не сбежишь.
— Чего ты от меня хочешь? Почему ищешь встречи, раз так злишься?
Он вновь прижал меня к себе, но на этот раз не притянул, а просто сделал шаг, буквально вжимая меня в стену. Прикоснувшись пальцами к моей щеке, его высочество задержал взгляд на моих губах, а затем порывисто отстранился и покинул палату, оставив меня с бешеным сердцебиением и полным раздраем в душе. Но хотя бы боль от бусины он забрал с собой. И мне даже пяти минут не хватило, чтобы восстановить душевное равновесие.
Я успела сходить в туалет, когда меня навестил целитель. Я увидела нашивку на его халате — Тион Цуэ, тот самый третий магистр в приёмной комиссии, который отлучился во время моего экзамена. Чуть старше сорока, восточной внешности, он с улыбкой поприветствовал меня и попросил сесть напротив, чтобы проверить моё состояние целительским экраном.
— Вижу, что у вас было магическое перенапряжение и обморок случился из-за ещё одной сильной вспышки магии. Ваша магия нестабильна… В последнее время испытывали эмоциональные качели, из-за чего источник колеблется?
— Жизнь сделала крутой поворот, поэтому… вот.
Магистр кивнул, к счастью, не став ни о чём расспрашивать.
— Я скажу ректору, чтобы добавили вам в расписание факультатив по медитациям, — известил он. — В остальном ваше состояние в норме, но всё-таки заходите по утрам за порцией целительного отвара. Теперь можете быть свободны. Полагаю, вам не стоит объяснять, где находится общежитие?
Объяснять-то стоило, но я боялась, что это вызовет лишние вопросы, поэтому просто поторопилась покинуть целительское крыло, предварительно одевшись. Перед тем как уйти, огляделась.
— А где… саламандрёнок?
— Магистр Эверус забрал его в заповедник, сказал, что завтра вы сможете его увидеть… после того, как утром он с вами побеседует в своём кабинете.
Вздохнула. Кажется, участи «любимицы» ректора не избежать.
Пока шла, я всё вспоминала принца. Почему бусина реагирует именно на Яра?
Бусина всегда начинала причинять боль, когда моя жизнь приближалась к судьбе, что мне предначертана. Отсюда следует один вполне неутешительный вывод… Яр предначертан мне судьбой?
От подобного в горле пересохло. А что, если действительно так? Но быть с ним — обречь себя на погибель. Ведь в той, моей прошлой судьбе, я должна умереть.
Возможно. А может, и моя сестра. Ни ей, ни себе я смерти не желала. И единственный выход — держаться подальше от кронпринца Рамании. Я всё сделала правильно. Только почему так больно?
К счастью, один из встреченных студентов сказал, что здание общежития располагается недалеко от основного корпуса, поэтому нужно было пройти через академический парк, что я и сделала. Но где-то в глубине услышала голос:
— Пс-с-с, помоги!
Я огляделась, но так и не нашла, откуда раздавался голос, и уже собиралась пройти дальше, как вновь повторилось:
— Я тут! Наверху. Помоги!
Я всё-таки смогла найти ту, кому принадлежал голос. Это была миловидная рыжеволосая гномка, сидящая на большой ветви дерева и старательно прижимающаяся к ней так, чтобы не упасть. А падать было… метров пять, минимум.
— Ты что там делаешь?
— Вишу!
М-м, очень информативно!
— Зачем ты там висишь?
— Я… меня… неважно, — сбивчиво отозвалась она. — Помоги слезть, а? Ты ведь старшекурсница? Владеешь магией?
