Проехавшись жесткой щетиной по мой щеке, он добирается до шеи и больно всасывает кожу. Морщась, закусываю губы - синяк обеспечен.
- Армагеддон будет, Яра. Лучше соври мне.
- Я не делала минет до тебя, - шепчу, потирая засос, - Я не вру.
Литовский въедается взглядом и расщепляет содержимое черепной коробки на атомы. Я выдерживаю пытку, но клянусь, созналась бы, если бы было в чём.
На миг прикрыв глаза, он коротко вздыхает и целует в лоб. Я его обнимаю, не хочу, чтобы уходил.
Люблю его, кажется. Это катастрофа, учитывая то, кем он является и какие обстоятельства нас свели. Трагедия для моей семьи и предательство памяти брата, но все равно с каждым днём влюбляюсь всё сильнее.
- Спи.
- Уже утро.
- Спи, не провоцируй, иначе затрахаю до смерти.
Заказчики, которые не знают, чего хотят, совсем не вызывают раздражения. Скорее наоборот - сидя за столиком ресторана напротив молодой семейной пары, я безмятежно улыбаюсь, чем наверняка, вызываю их удивление.
Скинув на мой телефон около двух сотен фотографий того, на что примерно должно походить их жилище после ремонта, они сыплют просьбами и пожеланиями наперебой.
Я, кивая, перекидываю технические данные их квартиры в свой планшет и попутно задаю уточняющие вопросы.
Боже мой, как приятно разговаривать с людьми! Даже несмотря на то, что в этом зале незримо присутствуют как минимум трое из охраны Литовского, я чувствую себя несказанно счастливой и свободной.
Адам разрешил мне выезжать в город. Я очень-очень сильно просила и вот - за последние две недели это уже третье подобное мероприятие.
- В гардеробной теплый пол будет? - спрашиваю, отпив капучино из чашки.
- Конечно! - всплескивает руками Ксения, заказчица, - Гардеробная это святая святых любой женщины.
Её муж, чуть подкатив глаза, всё же согласно кивает. Я делаю соответствующую пометку и вношу в таблицу все важные моменты, которые нужно будет учесть при работе с проектом.
Вскоре они, попрощавшись уходят, а я, отложив планшет и блокнот, не торопясь, допиваю свой кофе.
Мои сопровождающие терпеливо ждут, и как только я поднимаюсь со стула, встают и синхронно двигаются со мной на выход.
Раздражает?... Нет.
За годы жизни заграницей я привыкла принадлежать только самой себе, но большая часть сознательной жизни все же прошла под охраной соответствующих служб.
Поэтому адаптировалась я быстро.
- Домой, Ярослава Евгеньевна?
- Заедем в супермаркет, мальчики?
«Мальчики» с каменными выражениями на лицах усаживают меня, распределяются сами по двум квадратным внедорожникам и везут меня в магазин за продуктами. Хочу мужу ужин приготовить.
Я умею готовить базовые блюда, но недавно подписалась на популярный кулинарный блог, и сегодня планирую порадовать Литовского нежной телятиной под апельсиново-горчичным соусом.
Взбудораженность и предвкушение заставляют ерзать по сидению.
Я не видела его три дня, потому что у них с братом дела в области.
- В какой супермаркет едем, Ярослава Евгеньевна? - спрашивают меня с переднего сидения.
Я произношу название и вынимаю из сумки звонящий телефон. На том конце провода мама. В прошлый раз она жаловалась мне на холодность и безразличие отца.
- Привет, - говорю негромко в трубку.
Я не знаю, прослушиваются ли мои разговоры до сих пор или нет - Адам не дал однозначного ответа.
- Здравствуй, дочка! - горестно вздыхает она, и мое настроение меняет цвет с ярко-розового на блеклый серый, - Как твои дела? Всё хорошо?
- Да, хорошо, мам. А у тебя? - интересуюсь осторожно.
- Ну, хоть у тебя все хорошо. Я за тебя так рада, - проговаривает без особого энтузиазма.
Повернув голову к окну, я бездумно гляжу на проплывающий мимо городской пейзаж.
- У вас что-то случилось?
- Все по старому. Твой отец пьет третий день.
- С ним ведь уже такое случалось?
- Случалось, да, - усмехается горько, - Когда его склады жгли и Марата убили.
Шевельнувшееся в груди чувство вины давит на легкие. Я так устала от него!
- Что на этот раз?
- Они никак не успокоятся, Яра.
- Кто?... Литовские? - уточняю, перехватив направленный на меня взгляд Андрея.
- Кто же ещё? Твой отец говорит, что они подожгли новую партию автомобилей, которые пришли из Кореи.
- Мам...
- Они хотят разорить нас.
- Нет.
- Они нас ненавидят!
- Мама, если бы всё было так, как ты говоришь, то для чего нужен этот брак?
- Чтобы отвести от себя подозрения, Яра! И при этом продолжать нам вредить! - восклицает пылко.
- Перестань.... они не станут заниматься такой ерундой...
- Откуда тебе знать?!
- Их даже в городе не было!... Они в командировке!
Увидев предупреждение в глазах охранника, осекаюсь. Чёрт!
- Чтобы обеспечить себя алиби? - выдвигает мама версию.
- Господи.... это бред. Они не плохие люди, и не станут нарушать данные обещания.
- Литовские твари.
- Я не верю.
Скорбный вздох в трубке оседает тяжестью на сердце. Я все дальше и дальше от своей семьи и все меньше и меньше Турчатова.
- Прости, мам.... - шепчу тихо.
- Ты решила встать на их сторону, да?... - всхлипывает она, - Как же он сумел переубедить тебя?
- Он не переубеждал....
- Ты простила ему смерть Марата?
