Мы не разговариваем. Удерживая руль одной рукой, второй Адам вынимает бутылку с водой из бардачка и, неосторожно отвинтив крышку, проливает немного на себя.
Выругавшись вполголоса, опускает стекло и выбрасывает её. Тут же закуривает, не заботясь о том, что врывающийся в окно ветер заносит дым обратно и ударяет им по моему лицу.
Вдавив затылок в подголовник, я прикрываю глаза. Пусть. Ему нужно успокоиться. Мне тоже.
Приняв входящий, он негромко с кем-то переговаривается, а затем смотрит на меня через зеркало заднего вида. Отвечаю прямым взглядом. Воздух сразу тяжелеет и становится колючим. Сердце сбивается с ритма.
- Ты меня подставила.
- Чем же? Опозорила на весь город, сбежав от твоей охраны?...
- Ты бьешь по моему авторитету, да. Не выполняешь собственные обещания, - проговаривает негромко.
Видимо взял себя в руки, потому что голос его звучит ровно.
- Какие обещания? - вскидываюсь я, - Я не обещала быть комнатной собачкой.
- Ты обещала быть послушной. Не раз.
Обещала, да. Но когда он сам поступает как скот, я имею права забрать свои обещания назад.
- Если бы твой гребаный телефон был доступен, этого не случилось бы!
- Если бы ты объяснила ситуацию Паше или Ивану, они нашли бы способ связаться со мной.
- Я должна искать способы связаться с тобой, когда ты отключаешь телефон?! Ты сейчас серьёзно, Адам?!
В моей груди печет от обиды и злости. Он даже не пытается объяснить, где был и почему не пришел ночевать. Кто я такая, правда?!
- Вполне. Это тебе нужно, а не мне.
Задохнувшись от возмущения, не сразу нахожусь с ответом. Хватаю воздух ртом и выжигаю взглядом его профиль. В какой-то момент возникает непреодолимое желание на ходу выпрыгнуть из машины.
- Знаешь, что?!... Мне нужно было уехать, и я уехала. Я не обязана бегать за тобой, чтобы получить на это благословение.
- Обязана, Яра, - выбрасывает окурок и поднимает стекло.
- Нет! Убери охрану, мне в этом чёртовом городе никто не угрожает! У нас, кроме Литовских, не было врагов.
И да, меня снова несет, потому что я хочу пробить его броню. Я ненавижу, когда он такой.
- Не обсуждается.
- Сначала я думала, что они ходят по пятам для моей безопасности, но сейчас понимаю, что нет! Они просто следят за мной!
- Думай, как удобно. Похер.
У меня ничего не получается. Все бесполезно, потому что он как робот.
Чувствуя жжение в глазах и свербение в носу, откидываюсь на спинку сидения и замолкаю.
Вскоре мы приезжаем. Я дожидаюсь полной остановки машины, выхожу и быстрым шагом иду в сторону дома. Меня не задерживают.
Раздеваюсь в прихожей и сразу поднимаюсь в нашу с Адамом комнату. Капризничать, убегая в свою бывшую спальню не хочется. Провоцировать его - тоже нет. Слишком сильное между нами напряжение, не до игр и флирта.
Скинув платье, встаю под горячие упругие струи, а затем сразу залезаю под одеяло. Я не ужинала, но мне совсем не хочется. Внутри плотный ком тяжелых эмоций и интуитивного страха. Все равно не смогу проглотить ни кусочка.
Литовский не идет. В доме тихо, а снаружи лишь изредко лают собаки, да усилившийся ветер свистит, скользя по стеклам окон. На душе тоже непогода - пасмурно и холодно. А ещё страшно от того, что я ошиблась, приняв за чувства все, что было от него.
Терзая себя тревожными мыслями, как-то незаметно проваливаюсь в сон.
И так же неожиданно просыпаюсь. Мне жарко и нечем дышать. Повсюду руки и запах Литовского. Шумно дыша, он прижимается к моей спине твердой грудью и мнет грудь.
Похоже, мое тело проснулось раньше меня и уже полностью вовлечено в процесс. Напряженные соски ноют, а между ног тянет и пульсирует.
- Адам... не надо....
Оцарапав моё плечо жесткой щетиной, он добирается до шеи и облизывает ее.
Мое дыхание дробится на короткие частые вдохи. Разум просыпается, но сопротивляется вяло и неохотно. Мне хочется пробраться под кожу Литовского хотя бы вот так - через секс. Этого оправдания же достаточно, чтобы сдаться?
Обняв руками подушку и уткнувшись в нее лицом, я прогибаясь в пояснице и вжимаюсь ягодицами в каменную эрекцию. По бёдрам и ногам растекается теплая сладкая патока. Наполняет низ живота и увлажняет промежность.
Это ненормально - так сильно хотеть конкретного человека.
Растолкав коленом мои ноги, он забирается рукой в стринги и пальцами раздвигает складки. Меня начинает трясти.
- Пиздец, ты течешь. Трахалась во сне?
- Нет.
Мне ничего не снилось. Это позорная реакция на его близость.
- Нет?...
Жарко дыша в мой висок, он кружит подушечкой пальца вокруг клитора, мягко ритмично массирует, постукивает, но, доводя до пика, тормозит - кончить не позволяет.
Я переживаю несколько таких подходов и срываюсь.
- Убери руки! - толкая локтем в бок, за что немедленно получаю укус в шею.
Между ног ноет и саднит, а внутри зреет ярость. Он просто издевается!
- Адам! Хватит, иди к чёрту! Я не хочу!
Вынув руку из трусов, обхватывает мой подбородок влажными пальцами и впивается в рот. Целует жестко, без капли нежности, но с каким-то отчаянием.
Долго сопротивляться не получается. Я чувствую его нужду во мне. Вспарывая ногтями кожу затылка, отвечаю.
