А вот Арника засомневалась и подошла к щиту с расписанием преддипломных практик. Отыскала факультет некромантов, удивлённо проговорила:
– Кир, а я не могу найти твоего Ала… Вот список, вот фамилии записавшихся.
– Может, ещё не выбрал? – с сомнением проговорила я. – Хотя на него это не похоже.
– Выбрал, – упавшим голосом произнесла Иветт.
Она стояла возле листа, вывешенного на отдельном алом щите. Повышенный уровень опасности, список мест, практика в которых могла стать последней в жизни. Рейнские, демоны их выпей, болота! Ими пугали непослушных детей не только у нас, но и в Кодаре. Ядовитые туманы, ядовитые змеи, ядовитые комары… Да всё, что там росло, летало, ползало или плавало, было ядовитым! И голодным. Пыталось сожрать целиком или по кусочкам. И терпеливо, день за днём, год за годом отправляло лазутчиков на ближайшие земли. Алистер как-то обмолвился, что там слишком близко проходит граница между нашим и Подземным миром, очень тонкая грань, неустойчивые силовые линии и потому закрыть прореху раз и навсегда невозможно. Но откуда ж я знала, что он лично полезет проверять?
– Кира, отговори его! – ворвался в мои мысли тревожный голос Ари. – Оттуда мало кто возвращается живым и здоровым!
– Попробую, – прошептала я, слишком ошарашенная этой новостью.
Я была к ней не готова. Только вчера мы разговаривали о практике, я предположила, что Ал будет проходить её в Фессе, получила в ответ неопределённое «Посмотрим» и успокоилась. А тут вот так! Старательно отгоняла от себя мысль, что он не сказал, потому что ему плевать на моё мнение и… и вообще на меня. Решила, что поговорю с ним в ближайшее время и, сославшись на внезапно разболевшуюся голову, оставила девчонок у расписания одних. Они не стали меня удерживать. Всё прекрасно поняли.
Стоило выйти из здания, и объект моих мыслей обнаружился сам. Алистер стоял в теньке и общался с несколькими одногруппниками. Выглядел привычно безмятежным и вполне довольным жизнью. Почему бы нет, учитывая, что накануне мы весьма активно и неоднократно пополняли магический резерв. Слепая волна ярости захлестнула в один миг. Я приблизилась, даже не пытаясь скрыть искрящийся недовольством взгляд, окликнула:
– Ал, можно тебя на пару слов?
Некромант что-то сказал одногруппникам и направился ко мне. Мы отошли шагов на пятнадцать, как раз к следующему дереву на аллее, и остановились. Я смотрела, как играет солнце в белых волосах Алистера, в янтарно-зелёные глаза и боролась с абсолютно разноплановыми желаниями поцеловать и закатить истерику. Не уступила ни тому ни другому, тихо спросила:
– И когда ты собирался мне сказать?
Он сразу понял, о чём идёт речь, и не стал притворяться. Пожал плечами и ответил:
– На днях. Может, сегодня.
– Списки окончательные? – спросила я, немного помедлив.
Алистер усмехнулся. Как-то не по-доброму. Отрицательно помотал головой. И мне сразу стало легче. Всё можно переиграть, отменить и не лезть в ловушку! Но некромант всё испортил. Произнёс непререкаемым тоном:
– Я свой выбор сделал.
– Что ты творишь? – взвилась я. – Что за дурацкое желание угробиться как-нибудь поэкзотичней?
– Ну извини, – хмыкнул Алистер. – Мы, некроманты, такие. Видим цель и не видим препятствий. А экзотическая смерть привлекательна втройне.
– Ты можешь побыть серьёзным? – окончательно разъярилась я. Правда, продолжала отчитывать его шёпотом, помня, что мы не так далеко отошли. – Зачем ты вообще рвёшься в эти болота? Тебе уже давно никому не нужно ничего доказывать. Престижная работа есть, уважение коллег по гильдии есть, а диплом – так, формальность! Вот кому будет легче от того, что тебя сожрут неведомые твари? И вообще, мне казалось, мы договорились!
И чем дальше я говорила, тем более каменным становилось выражение его лица. Алистер слушал меня с абсолютно нечитаемым взглядом, будто каждое слово падало между нами невидимым камнем. Наконец я спохватилась и умолкла. Внутри кольнуло острой иголочкой вины. Понимала, что скорее всего перегнула палку, но он тоже хорош! В конце концов, я просто испугалась за него. О чём он только думал, соглашаясь проходить практику в этих болотах?
– Всё сказала? – сухо осведомился некромант.
– Всё, – кивнула я. Немного помолчала, собираясь с мыслями, вздохнула и попросила намного мягче и деликатней: – Ал, пойдём в общежитие. Не будешь же ты прямо сейчас писать заявление.
И вздрогнула, услышав холодное:
– Высоко ценю твою заботу, Кира, но я в состоянии самостоятельно решить, что, когда и как мне делать.
