Не дрогни полностью

Сестра Бесси встаёт и улыбается. Джерому эта улыбка кажется натянутой, и он задумывается, не заболела ли она.

– Молодой Джером, – говорит она. – Спасибо, что приехал.

– Пожалуйста, всегда рад, – говорит он и пожимает её протянутую руку.

– Это мой друг, Джон Акерли.

Хотя это его реплика, Джон не сразу поворачивается к Сестре. Он уставился на ряд обрамлённых фотографий на стене под надписью для персонала: «ПОМНИТЕ, ВЫ РАБОТАЕТЕ С ЛЮДЬМИ, УЛЫБАЙТЕСЬ!»

– Джон?

Он будто очнулся, поворачивается к другу и пожилой женщине.

– Я ваш большой поклонник, – говорит он. – С нетерпением жду, когда услышу, как вы поёте.

– Спасибо, сынок. Думаю, нам лучше поехать. Не хочется опоздать.

– Да, – говорит Джером, но Джон направляется к фотографиям под надписью «УЛЫБАЙТЕСЬ». Он рассматривает снимок улыбающегося бородатого мужчины.

Холли, Кристофер Стюарт забрал Корри. Он сказал, что если кто-то обратится в полицию, он её убьёт. Я ему верю. Если ты позвонишь своему другу-копу и с Корри что-то случится, это будет на твоей совести. Я втянула её в это. Я и вытащу. К.

Не отдавая себе отчёта в своих действиях, Холли сжимает записку в кулак и дважды сильно бьёт себя по лбу. Она чувствует себя женщиной, которая подбежала к краю пропасти и едва не сорвалась. Если бы она позвонила Иззи, как собиралась, или связалась с детективом из полиции штата, это могло бы стать смертным приговором для Корри Андерсон… а возможно, и для Кейт.

И что теперь ей делать? Что, чёрт возьми, ей теперь делать?

GPS-трекер в её пикапе!

Она хватает телефон, звонит на стойку регистрации и, после, как ей кажется, вечности, её соединяют с подземным паркингом. Холли представляется как охранница Кейт, и дежурный говорит, что пикап Кейт – F-150 – всё ещё на месте. У Холли опускается сердце. Она уже собирается повесить трубку, но дежурный добавляет:

– Она уехала на Uber. Вышла через служебный выход. Как Леди Гага, когда выступала в Минго, – добавляет он.

Холли благодарит его и опускается на диван, всё ещё сжимая записку Кейт в руке. Позже она увидит окровавленные полумесяцы от ногтей, врезавшихся в ладонь.

Что теперь? Что, чёрт возьми, мне теперь делать?

Звонит телефон. Холли выхватывает его из кармана, надеясь, что это Кейт. Это Джон Акерли.

– Джон, я не могу сейчас говорить. У меня тут ситуация, мне надо подумать.

– Окей, но подожди. Мы с Джеромом и Сестрой Бесси едем в отель, но я подумал, что тебе стоит знать это сразу. Кажется, я знаю, кто такой Триг! Тот парень, которого я видел на собрании Круга Трезвости на Бьюэлл-стрит! Это было много лет назад, тогда у него была борода. Теперь он чисто выбрит и в очках! Его фото висит в Минго! Он – программный директор!

– Дональд Гибсон, – говорит Холли.

– Ох ты ж дерьмо, – говорит Джон. – Ты уже знала. Мне звонить в полицию или как?

– Нет!

– Ты уверена?

Нет, она не уверена, в этом и ужас – Холли редко бывает в чём-то уверена. Но сейчас – почти уверена. Кейт думает, что Корри похитил Кристофер Стюарт, но логика подсказывает, что она ошибается. Как Стюарт мог забрать Корри, если его имя и фото повсюду? А вот Гибсон вполне мог. Она ведь направлялась в Минго, чтобы подписать – якобы подписать – страховые документы.

– Я уверена. Ты не должен никому говорить, Джон. Обещай.

– Ладно. Тебе видней.

«Если бы так, – думает Холли. – Что мне делать? Надеяться, что Кейт спасёт Корри?»

Хорошо бы хоть наполовину в это верить, но в голове снова и снова всплывает, как Кейт застыла, когда на неё пошёл тот человек с битой. Это не форум аналитиков на CNN или MSNBC – это псих, который заманивает её в ловушку.

Если бы Кейт взяла свой пикап, Холли могла бы отследить, где держат Корри, но она его оставила.

«Думай, говорит Холли себе. – Думай, ты, глупая никчёмная сука, думай!»

Но в голове всплывает только то, что говорил Билл Ходжес:

Иногда вселенная бросает тебе верёвку.

Если верёвка когда-либо нужна, то именно сейчас.

17:30.

Кейт мчится через небольшой дворик для работников парка, мимо белого фургона Транзит, и по потрескавшемуся, вздутому после морозов тротуару к старому деревянному зданию, на двойных дверях которого выцветшие фигуры хоккеистов.

Она тяжело дышит, но не задыхается; годы плавания подготовили её к этому быстрому бегу от бульвара Дингли, который огибает парк, к Сервисной дороге А. Одна рука в сумочке крепко сжимает баллончик с перцовым спреем.

Подходя к дверям, она рискует взглянуть на часы – 17:31. Что, если она опоздала?

Она стучит в дверь свободной рукой.

– Я здесь! Я здесь, чёрт возьми, не убивай её, Стюарт! Не надо…