Открыв глаза, упираюсь взглядом в камин. Где я? У Кирилла в пентхаусе камина нет. Точно, я же в гостях заснула. Сваливаюсь с дивана, слышу тихий стон. Оборачиваюсь, Никита спит, видимо моё неуклюжее падение с дивана чуть не разбудило мужчину. Встаю с пола, гляжу на часы. Десять утра, дети уже должны были проснуться. Стараюсь бесшумно прокрасться по комнате, но что-то идёт не так, и я задеваю очень красивый торшер. Хватаю его за длинную деревянную ногу и еле удерживаю на весу. Тяжелый, ругаюсь про себя, возвращаю торшер в исходное положение. Поправляю сбившийся абажур. Выхожу из комнаты в длинный и широкий коридор. Ежусь от холода. Реально замок, холодом веет от стен. Иду вперед, прислушиваясь, нет ли где детских голосов. Тишина. Может камни поглощают, и сдерживают звук? Пройдя немного вперед, попадаю ещё в один коридор. Нет, так не пойдёт, я просто заблужусь. Возвращаюсь. Подхожу к дивану и бужу Никиту.
— А, что? — сонно смотрит на меня, наверное, пытается вспомнить кто я такая.
— Никита, уже десять утра, дети, наверное, проснулись.
— Да, конечно. Идите к ним, а я завтрак приготовлю, — мужчина встаёт с дивана и проходит мимо меня.
— Никита, вы ничего не забыли?
— А что я, по-вашему, забыл? — мужчина притормаживает в дверном проеме.
— Сказать, где дети спят?
— А… Точно. Идите сюда, — выходим в коридор. — Там дверь, толкайте сильнее, — Никита показывает на малозаметную дверь в стене.
Выполнив указ, оказываюсь в коридоре с двумя дверями. Открываю одну из них и оказываюсь в комнате для принцесс. Ого, вбегаю внутрь, и моя улыбка моментально меркнет. Кровати пустые, одеяла отогнуты и свисают с кровати. Подхожу и трогаю простыню, холодная, значит, девочки ушли отсюда давно, и постельное бельё успело остыть. Через секунду врываюсь, словно ураган во вторую комнату, где по идее спал сын. Тоже пусто и бельё холодное.
Несусь в большой коридор, куда теперь? Где кухня? Никита ведь завтрак ушёл готовить. Не придумала ничего лучше, чем… заорать.
— Никита!!! — ору во весь голос. — Никита!!!
— Что? — мужчина выходит мне на встречу.
— Дееетеей в спааальняяях неет, — пытаюсь совладать со своими эмоциями, но выходит плохо, и я опять начинаю заикаться.
— Спокойно, сейчас мы их найдём, — вынимает телефон и быстро тыкает экран. Хорошо, что у Никиты есть камеры в замке. Наличие камер я хорошо оценила в доме у Кирилла.
— Иди на кухню и проконтролируй варку пельменей.
— Пеельмееенееей? — переспрашиваю у мужчины.
— Что есть в доме, тем и накормлю детей. Иди, — проводит меня в большое помещение и оставляет одну. Я понимаю, комнат много, камер тоже, Никите нужно всё просмотреть, а на это уйдёт какое-то время. Пельмени, так пельмени.
Время от времени помешиваю пельмени в кастрюле. Стою и смотрю в окно на кухне и размышляю. Где лучше: у себя в небольшом доме, в пентхаусе у Кирилла или в настоящем замке у Никиты? Наверное, везде хорошо вместе со своей семьёй. Хотела бы я жить в замке? Наверное… чувствовать себя средневековой принцессой. Может быть, в этом замке, проводились балы или даже дуэли. Размечтавшись, чуть не проворонила убегающую пену из кастрюли. Выключаю горелку и ещё раз помешиваю пельмени.
Оборачиваюсь и утыкаюсь взглядом в сидящего на стуле расстроенного Никиту.
Мгновенно улавливаю его настроение.
— Что?
— Положи мне пельменей, — просит мужчина.
— Хорошо, детей уже нашёл? — открываю дверки шкафчиков в поисках тарелки.
— Пока ещё нет, — хмурится. Ставлю тарелку с едой за стол, кладу рядом вилку с ложкой. Не знаю, каким прибором будет пользоваться мужчина. Никита берёт вилку и быстро поглощает пищу. Закончив, мужчина внимательно смотрит на меня и выдаёт то, от чего я присаживаюсь на обеденный стул:
— Детей ищут.
— Ктооо ииищееет? — сгладываю застрявший ком в горле.
— Охрана, твоя и моя.
— А кааак жеее каамеерыы? — блею тихим голосом.
— Какие камеры? Снаружи камеры есть, а внутри дома нет.
— Как это камер нет?
— Так, нет и всё, — Никита встаёт из-за стола и выходит в коридор. Семеню за ним. В коридоре попадаю под пристальные взгляды пятерых мужчин, что отчитываются перед хозяином дома, то есть замка.
Постепенно все расходятся, и мы остаёмся с Никитой одни.
— Детей найдут, не сомневайся в этом, — мрачно улыбается. — Идём в кабинет, там будем ждать.
— Куда могли спрятаться трое пятилетних детей? — спрашиваю вслух у самой себя.
— Куда могли спрятаться трое не совсем обычных пятилетних детей в замке? — немного перефразировав, произносит Никита.
— В самом деле, куда? — останавливаюсь, вынудив хозяина дома притормозить.
Стоим у кабинета, словно решаем входить в него или нет. Как бы сказала моя младшая сестра: "Чё телишься-то"?
— Идём, я, кажется, знаю, где они, — Никита срывается на бег, несусь следом, еле успевая за мужчиной. Друг за другом сменяются каменные стены. Буквально влетаю в спину остановившегося Никиты.
— Тихо, только не ругай детей, — предупреждает мужчина и толкает дверь внутрь. Мы входим в темноту. Никита берёт меня за локоть и куда-то ведёт. — Здесь лестница, держись за перила и поднимайся за мной.