— Да, пахнет, — вдыхаю этот запах. Двадцать лет назад это был естественный, природный запах, сейчас… Несколько раз в году я смазываю коробку специальным маслом с запахом дерева. Вместе запускаем руки в коробку, вынимаем игровую доску. Сын достает ладью и зажимает её в руках. Молчу, это особый момент, единения с сыном. Выдох, по очереди на столе оказываются все фигуры из коробки. Отнимаю резную коробку в сторону, кладу перед сыном доску и показываю, как расставлять на ней фигуры.
Первую партию играю за двоих, сын, скорее, наблюдает со стороны.
— Теперь будем играть вместе. Поможешь мне расставить шахматы?
— Ага, это я запомнил, — Тим быстро расставляет фигуры в нужном порядке.
— Ходи сам, куда думаешь пойти? — сын хмурит лоб и показывает на коня.
— Хорошо, — вторую партию я поддаюсь и проигрываю. Сын подпрыгивает в кресле, чуть не уронив доску на пол.
— Ты молодец, — целую сына в макушку.
— Ещё хочу!
— Давай, — соглашаюсь с Тимом и играем ещё одну партию. Я замечаю, как у сына теряется концентрация внимания. Веду парня в библиотеку и читаю ему сказку. Мой отец всегда так делал, когда у меня начинались проблемы с концентрацией. Час занятий математикой, полчаса чтения детских книг. Не знаю, как это помогало мне, но факт, концентрация внимания улучшалась, и я мог снова сосредоточиться на решении задачи. С сыном, похоже, так же. Интересно, а Анжелика в курсе о проблеме сына? Тимофей убегает играть в детскую. Я иду к себе в спальню. У меня есть всего лишь час, чтобы отдохнуть. Ложусь на кровать и мгновенно засыпаю. Час спустя звонит будильник. Привожу себя в порядок, заказываю еду на дом.
Спускаюсь в гостиную и нахожу своё семейство за обеденным столом. Анжелика раскладывает детям еду. Наблюдаю за женой.
— Через сорок минут приедут твои родители, — закидываю "удочку" для разговора. Жена замирает на секунду и как ни в чём не бывало, продолжает раскладывать котлеты.
Подхожу к Анжелике, забираю из её рук поднос с едой и ставлю его на стол.
— Девочки, похозяйничайте, наложите пюре себе и Тиму. Мы с мамой отойдём на пять минут. Приятного аппетита, дети, — беру за локоть Анжелику и увожу в кабинет.
— Присядь, — киваю на кресло.
— Я постою.
— Другого ответа я и не ожидал. Ты сядешь в кресло и выслушаешь меня! — говорю в приказном тоне. Жена демонстративно гладит ладонью щёку. Бля…
— Сейчас тебе будет очень хреново, — жена дёргается, пытаясь встать из кресла, но я удерживаю её. — Сиди, я тебя не трону. Больше не трону. А хреново тебе будет морально, от моих слов. Анжелика, подумай минуту и ответь мне. Хочешь ли ты, узнать правду сейчас или в присутствии своих родителей? Я бы хотел поговорить здесь, сейчас, наедине с тобой.
— Зачем тогда родителей позвал?
— У меня завтра дела, одну я тебя не могу оставить. Я должен быть уверен, что ты в безопасности. В данной ситуации я могу доверить тебя только им и никому больше.
— Хорошо, — слабо обозначила свою позицию.
— Анжелика, почему ты не умылась? — трогаю щёку жены, замечая свою кровь. — Решила всем продемонстрировать, какой я гад? Тебе щёку разбил… Малышка? Ты решила, что это твоя кровь? Нет, женушка — это моя, — подношу сбитые кулаки к лицу жены. — Видишь? Я просто тебя запачкал.
— Где ты так… Ты подрался?! — с ужасом в голосе спрашивает Анжелика.
— Не совсем подрался. Скорее правду выбивал из Игоря.
— И как? Успешно?
— Да, вполне. Послушай, я включу видеозапись допроса Игоря. Посмотри на меня. Там будет жесть. Я хочу, чтобы ты знала, на видео ты увидишь мою плохую сторону. Тебя и детей я никогда не ударю. Я не хочу тебя пугать, но ты должна увидеть его признание сама. Я буду рядом, — обнимаю жену и включаю запись на ноутбуке. Сжимаю ладонь Анжелики, когда на экране появляется темное помещение подвала. Вонь и смрад, тут же врываются в нос. Камера показывает лицо Игоря крупным планом. Пока ещё нормальным лицом, но через пару часов его будет просто не узнать.
— Говори, — звучит мой голос. Игорь скалится в камеру, но молчит. На доли секунды моя спина закрывает обзор для камеры. Игорь орёт от удара модифицированного шокера. На экране снова лицо Игоря.
— Повторить? — рычу сквозь зубы. Игорь морщится, видимо не понравилось общение с шокером. Мой кулак летит прямо в морду бывшему моей жены.
— Ааа, — раздается стон. — Чего тебе надо? — сплевывает кровь из разбитого рта.
— Правду. Говори, — замахиваюсь.
— Ладно, ладно…
— Зачем детей решил похитить? Что соскучился, по мелким, папашка? — рад его прибить, но пока ещё рано.
— Детям? Они мне нах*р не сдались.
— А что так? Родная кровь ведь?
— Родная? — злобных смех сотрясает стены подвала. — Я её осеменил! С*чка детей хотела? А что делают с с*чками? Осеменяют.
— Чего ты сделал? — в шоке спрашиваю я.
— Знакомая притащила использованный г*ндон. Пришлось замарать руки и ввести в Анжелику чужую сперму, пока та спала, под действием транквелизатора. Бывшей хватило единственного раза, и привет беременное пузо.
— Зачем детей похищал, если они не твои? — кулаки чешутся.
— Бизнес за внуков.
— То есть?